Тени скрывают истинные лица, дым от пламени заполняет небеса. Цитадель окутана маревом, а защитники королевского дворца бьются за каждый квартал. Настоящая война за сознание в воздухе и сердцах каждого последнего героя.
Он слишком хорошо его знал, это выражение, чтобы не понимать, какие чувства владеют сейчас душой его командира. - Мы ж воины, не палачи…
- Надеюсь, что до казни не дойдет, - глухо пробормотал Павил, - просто другого способа вернуть его не знаю. Все эти чертовы подземные ходы, будь они прокляты на веки вечные, как и король Таргасы вместе с ними!
Герберт
- Господин, плохие новости! - в крохотную каморку под землей, где мы сидели вчетвером, постучалась одна из девушек “Оранса”.
Девушка рассказала, что ночью и днем в городе шли облавы, и что маленькую Суяни и ее отца, сотника Фаддея, увели в темницу.
- Я так боялся, что мы подвергнем их жизнь риску, и не напрасно, - с горечью вздохнул я. - Но как это могло случиться, если мы пробыли у них совсем недолго? Кто-то нас видел и донес?
- Нет, вы не виноваты. Сосед Фаддея слышал разговор. Наемники нашли возле ворот пряжку от сапога убитого воина.
- То есть я буду прятаться, как трус и негодяй, в то время, как Фаддей и его дочь пойдут на пытки и на смерть? Я не могу так поступить!
- Но мы сейчас бессильны, принц! - вмешался Сет.
- Можем. Вернее, я могу. Павилу нужен я. Если я сдамся, он, возможно, пощадит малышку.
- Но ваша жизнь…
- …не стоит ничего. Я говорил уже тебе об этом. Сет, можешь думать обо мне, что хочешь. Ты знаешь, я не трус, но стать причиной гибели ребенка не могу. Я сдамся, а Павил когда-нибудь уйдет. Вы подготовите восстание и сами, наверняка среди оставшихся в живых есть опытные воины и командиры сотен.
