В тени дырчатого фонаря он ощущал холод призрачной лабиринтной комнаты. Ее свет играя, подчеркивал уродливость стен и притоптал непонятные звуки. Каждый шаг вызывал мерцание отдаленных стен — в этом мраке он чувствовал себя одиноким фонарем в бездонной темноте, где каждая тень могла быть не только самим собой....
Дерек Ват Йет прошел в комнату, не здороваясь, окинул быстрым взглядом Йолу, и девушка вжала голову в плечи. Неудивительно. Безопасник империи подавлял.
А потом она просто плавно осела на землю, закатывая глаза. Сав вскрикнул, кинулся к ней, похлопал ее по щекам, и тьма не среагировала. Ее рука повисла вдоль тела, и Сав с изумлением обнаружил в ее запястье торчащее навершие тоненькой стрелки. Сонный дрот.
Он обернулся на спокойно стоящего Дерека Ват Йета. И когда только успел?!
— Савар Ват Горф? Ваша квалификация вызывает сомнения.
С этими словами он прошел мимо открывшего рот Сава, подхватил спящую девушку на руки и направился к двери.
Не прощаясь, ушел.
Ну да, все верно. Кто не здоровался, тому и прощаться не надо. Сав захлопнул рот.
Сав выглянул в окно своего кабинета — Ват Йет захлопывал дверь заднего сидения большого мобиля, куда, видимо, уложил спящую Йолу. Из-под закрытой двери торчал край ее белой ночной рубашки. Сам он сел вперед. Мобиль тронулся с места, вильнул колесами и скрылся в соседнем проулке. Ну, туда им и дорога. Ему и без того работы хватает. Вон, в окно уже бьют клювом с десяток дурных железных птиц — в их металлических грудках лежат важные небольшие улики преступлений, письма, кляузы — такие, которые отправляют только главе ГУСа.
А с темной пусть разбирается Ват Йет. Его не жалко.
***
…И я открыла глаза. Даже сообразить ничего не успела, как совсем рядом раздался мужской голос:
— Все в порядке. Ты в безопасности. Не бойся.
Голос был мне незнаком.
«Не грусти, если тебе грустно, успокойся, если истеришь, смейся, если рожаешь», — мелькнул в памяти насмешливый голос Татьяны.
Надо бы добавить: «Не бойся, если очнулась фиг знает где в комнате с мужиком, куда он тебя без сознания притащил».
Я быстро уселась на диване, на котором, видимо спала. Большая комната, явно мужская, темная. Напротив меня, в кресле у стены, сидит мужчина, тот самый, который зашел в кабинет ко мне и Саву. Я вспомнила свое ощущение от него и поморщилась.
Йола его помнила — видела несколько раз во дворце. В ее памяти осколками мелькали странные эмоции.
