В глухой деревенской усадьбе ни души не наблюдалась — только старые тяжелые ворота скреплены стальными полосами. Напряженная атмосфера и неразговорчивый воздух подчеркивают важность прибывших спецмашины, явившейся выполнять нешуточную задачу.
– Давайте начинайте! – приказал он и кивнул на Артура.
«Тренер, что ли…» – с тревогой подумал я.
Наши отношения с Бекханом и охранниками были довольно спокойными, если можно так выразиться. Чеченцы уже привыкли к нам (волей-неволей это и должно было произойти, ведь мы с утра и до вечера находились вместе), и я знал всех их по именам. Большой враждебности они к нам не испытывали, даже ради спортивного интереса пару раз подрались с нами в спаррингах (я уступил, да и Артура хватило ума сделать то же самое), и наш конвой начал относиться к нам довольно снисходительно, даже в азарте схватки подбадривать меня или Артура.
Я уже отметил несколько раз, как охранники и их оружие оказывались в самой непосредственной близости от наших рук. Еще немного, и это дружеское расположение можно будет использовать. О том, буду ли я мучиться угрызениями совести, когда убью улыбающегося парня, который протянет мне бутылку с водой, я еще не задумывался. Да и не хотел.
…Присутствие этого тренера сразу сделало атмосферу тренировки враждебной и напряженной.
…Бекхан, сразу став серьезным и напряженным, начал медленно сходиться с Артуром. Тот вытянул вперед руки, как обычно делал в борцовской схватке, и здесь тренер Бекхана внезапно что-то выкрикнул на чеченском языке. Артур не обратил на это внимания, а Бекхан вдруг резко и быстро ударил его кулаком в лицо.
Артур пошатнулся, недоуменно поднял голову: Бекхан ударил его еще раз, изо всей силы, затем быстро провел захват и опрокинул на песок. Охранники («Совсем близко стоят, сволочи, – непроизвольно отметил я, – один бросок, и эти три-четыре метра я пролечу, как ракета, они даже ахнуть не успеют») одобрительно закричали и засвистели. Чеченец взял руку оглушенного соперника на излом. Лицо Артура исказилось от боли, чеченец ломал ему локоть, и наконец собровец, сообразив, несколько раз ударил свободной ладонью по песку.
«Ах ты, сука! – пронеслось у меня в голове. – Нас не предупредил, что будет боевая схватка, хотел испробовать своего звереныша! Мы-то не били руками, когда боролись!»"
"Я бросился к своему товарищу, который, морщась, неловко поднимался на колени.
