При виде плена глазами, отец уверенно решил судьбы своей дочери: она станет жертвой вампира. Вечером я должна стоять у ворот особняка на расстоянии до рассвета. Улицы пустуют и в воздухе нависает мрачный шар вампиризма.
Вниз спускаться совершенно не хотелось, как ни странно, но мне было стыдно после вчерашнего времяпрепровождения с вампиром. О том, что я потом вытворяла со своим телом, вообще попыталась спрятать в себе поглубже.
Сползла с кровати и потопала в душ. Проделав все водные процедуры и обмотавшись полотенцем, вышла обратно в комнату, натыкаясь на злобный взгляд своей сводной сестры.
— Неплохо ты здесь устроилась, как я погляжу!
Если раньше я и испытывала от её тона скованность и лёгкий испуг, то сейчас мне было плевать.
— Не жалуюсь! — ответила спокойным тоном, под её буравящим взглядом скидывая полотенце и оставаясь совершенно обнажённой.
— Ведешь себя, как потаскуха! — прошипела она, сжимая от ярости губы.
— Завидуешь? — мне доставляло великое удовольствие её бесить. Я явно ощущала волны негатива, исходящие от Юлейны.
— Не зря тебя продали вампиру, чтобы он трахал тебя, как… как…
— Как кого? — донёсся до моего слуха голос Лестата.
"Посмотрела на дверь и заметила его глаза, полные огня и желания. Он, не отрываясь, скользил взглядом по моему голому телу, особенное внимание уделяя интимным местам.
— Что ты здесь делаешь?! — рыкнул он на сестру. — В эту комнату тебе вход закрыт! Пошла вон! — побелевшая от страха Юлейна пустилась бежать, стараясь как можно скорее покинуть мою территорию.
Подхватила полотенце и прикрылась им, замечая недовольный прищур вампирских глаз. Он с грацией хищника стал приближаться ко мне.
— Что тебе нужно? — не выдержала, ощущая, как по телу разливается предательское тепло.
— Просто зашёл сказать, — начал он, шумно втягивая воздух у меня над ухом, — что если ещё раз ты решишь кончить без меня, то я не буду ждать приглашения овладеть твоим телом. Ты поняла?
Вампир взял двумя пальцами меня за подбородок и начал медленно склоняться к губам. Наваждение вновь стало накрывать меня с головой. Я уже предвкушала его горячий поцелуй, как мою голову резко повернули в сторону, и шею обожгло огнём.
— Я лишь слегка тебя оцарапал, — шептал он, лаская яремную вену языком, — укус принесёт гораздо больше наслаждения.
— Отпусти! — прохрипела я, мечтая, чтобы он поступил наоборот.
