Автор
В отеле решила сделать педикюр — обычное дело, но трое суток назад были новенькие ногти. Сразу вспомнила о докторе: придется прийти подумать про будущее беременности. Атмосфера излечения и совета добавляет романтики этой предстоящей встречи.
— Кровоток системы в норме, но следы гематомы ещё есть.
— Что это значит? — в груди становится прохладно.
— Что, скорее всего, ваш лечащий врач оставит вас ещё под наблюдением на какое-то время. Не волнуйтесь, Виктория, ничего ужасного я не увидел. Но, думаю, стоит перестраховаться. В любом случае, решать Дарине Фёдоровне.
Он помогает мне подняться с кушетки, я вытираюсь от геля и выхожу в коридор с заключением в руках. Зернова не вижу.
— Девушка, — окликает меня медсестра с поста недалеко, — Захар Леонидович просил передать, чтобы вы шли к доктору Жуковой, а он догонит.
Я благодарю девушку и направляюсь к своему врачу.
— Ну-у, всё лучше, чем я предполагала, — Дарина Фёдоровна внимательно изучает заключение узиста. — Но на пару недель я тебя ещё оставлю.
Если честно, я ужасно устала валяться в больнице. Конечно, ради малыша согласна на всё, но четыре стены тяготят.
— А если я буду осторожна? Никуда не стану ходить, буду валяться целыми днями на диване? — чувствую себя маленьким ребёнком, выпрашивающим конфету.
— Нет, — но мой врач строга и непреклонна. — Мне нужно, чтобы ты была под наблюдением.
Так, значит так.
После короткого стука в дверь, в кабинет входит Захар. Оценив моё кислое выражение лица и перекинувшись парой слов с коллегой, вдруг выдаёт:
— А что если я заберу её под своё круглосуточное наблюдение? Две недели буду в оба следить, Дарин? — и, заметив моё удивление, добавляет уже мне. — Если ты, конечно, не против некоторое время пожить у меня.
— Зернов… — Дарина Фёдоровна смотрит с укором. — Никаких интимных контактов ей нельзя, уж ты-то сам понимаешь.
Чувствую, как у меня начинают пылать щёки. Они медики, им по фиг. Тем более с их специальностью. А вот я себя чувствую очень даже смущённой.
— Да и я бы хотела, чтобы Виктория была под присмотром всё время ближайшие пару недель, а у тебя то смены, то клиника, то дежурство.
— Я в отпуске на две недели.
И я, и коллега Захара смотрим на него с удивлением.
— График изменили, — пожимает плечами Зернов. — Но если ты предпочитаешь пока остаться в больнице…
— Я за, — отвечаю быстро. Мне совсем-совсем не хочется оставаться в больнице. — Если, конечно, Дарина Фёдоровна разрешит.
Ещё посомневавшись, она даёт добро. Обсуждает с Захаром назначения и целесообразность прописанных препаратов.
