Судьба молодого командира Красной армии Василия Гладкова, прошедшего через горнило двух войн. От зимней кампании 1939 года до Великой Победы — история мужества, боли и несломленного духа советского воина, сражавшегося за независимость Родины.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Я прошел две войны!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба молодого командира Красной армии Василия Гладкова, прошедшего через горнило двух войн. От зимней кампании 1939 года до Великой Победы — история мужества, боли и несломленного духа советского воина, сражавшегося за независимость Родины.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба молодого командира Красной армии Василия Гладкова, прошедшего через горнило двух войн. От зимней кампании 1939 года до Великой Победы — история мужества, боли и несломленного духа советского воина, сражавшегося за независимость Родины.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как бы то ни было, настроение бойцов стало бодрое, в чем я убедился, поговорив с красноармейцами, которых я давно знал. В штабе полка Козырев (получивший «подполковника») вручил мне орден. Мы с ним немного посидели, и я узнал, что в ближайшее время нас должны перебросить на передний край. Это «ближайшее время» наступило уже через неделю. Полк подняли по тревоге, и мы двинулись на запад. Впервые за восемь месяцев войны мы шли, чтобы наступать.
Впереди двигался на автомашинах первый батальон, следом остальные подразделения полка. Вскоре я своими глазами увидел следы разгрома немецких частей. Расскажу о том, что больше всего врезалось мне в память.
Зима 1941/42 года была очень снежная. Отступавшие немецкие части не имели возможности маневрировать. Их сметали и уничтожали на всех основных дорогах.
На обочинах дороги, по которой мы шагали, я увидел огромную вереницу застрявшей в снегу или разбитой вражеской техники. Особенно много было всевозможных автомашин, начиная от легковых и заканчивая тяжелыми «МАНами», трехосными «Круппами», чешскими «Татрами».
Возле огромных тягачей торчали из снега длинноствольные орудия крупного калибра. Меня поразили массивные пушки калибра 173 миллиметра с девятиметровым стволом. Я знал, что эти орудия способны посылать снаряды весом 70 килограммов на расстояние тридцать километров.
И здесь же торчали из снега подкованные сапоги, каски, вздернутые вверх руки замерзших немецких артиллеристов. Неподалеку застыл танк Т-3, вернее, его нижняя часть. Башню сорвало сильным взрывом, а опорную плиту развернуло поперек."
"По другому танку словно ударили огромным молотом. Лопнула в нескольких местах броня, разорвало гусеницы и выбило несколько колес. Поодаль стояли штук двенадцать сгоревших танков Т-3 и самоходных установок. И снова трупы немецких солдат и офицеров.
В одном из небольших городков, где мы остановились на ночь, я увидел огромное количество брошенных автомашин. Их было невозможно сосчитать, но думаю, что фрицы оставили здесь машин пятьсот, не меньше. Часть грузовиков обгорели, моторы были взорваны. Немецкие водители возили с собой небольшие заряды взрывчатки и были обязаны, оставляя машину, взорвать ее. Однако сделали это немногие. Причину мы поняли днем, когда продолжили путь по дороге. Мы увидели на обочинах множество немецких трупов. Отступавших догнали наши танки и уничтожили. Часть тел были сплющены гусеницами, в обледеневших шинелях виднелись пробоины от пуль.
Дня через два наш батальон, переброшенный вперед на грузовиках, атаковал полусгоревшую деревеньку. Наступали мы дружно, тем более нас поддерживала батарея полковых «трехдюймовок». Постоянно звучали команды: «Вперед! Не останавливаться!»
Комбат Чередник был возбужден и, кажется, перед боем выпил.
