Судьба молодого командира Красной армии Василия Гладкова, прошедшего через горнило двух войн. От зимней кампании 1939 года до Великой Победы — история мужества, боли и несломленного духа советского воина, сражавшегося за независимость Родины.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Я прошел две войны!»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Судьба молодого командира Красной армии Василия Гладкова, прошедшего через горнило двух войн. От зимней кампании 1939 года до Великой Победы — история мужества, боли и несломленного духа советского воина, сражавшегося за независимость Родины.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Судьба молодого командира Красной армии Василия Гладкова, прошедшего через горнило двух войн. От зимней кампании 1939 года до Великой Победы — история мужества, боли и несломленного духа советского воина, сражавшегося за независимость Родины.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Я помог разыскать представления к наградам на несколько бойцов и командиров, «залежавшиеся» в штабе дивизии, и они были подписаны. С помощью своих новых приятелей помог выбить для батальона три повозки с лошадьми.
Иногда ко мне обращались с просьбами красноармейцы моей бывшей роты. Помню пожилого (по моим меркам) ефрейтора, воевавшего с лета сорок первого года, дважды раненного, обморозившего ноги под Москвой.
– Убьют меня, а дома четверо детей, жена, мать с отцом уже под семьдесят. Может, поможете, Василий Николаевич, в ездовые перевестись?"
"Я сумел помочь этому бойцу. Отправил на шестимесячные курсы младших лейтенантов несколько бойцов, имевших образование семь-восемь классов. Они уезжали довольные. Шесть месяцев вдалеке от войны – огромный срок. Только спасло ли это их от безжалостной мясорубки сорок второго года? Взводные командиры, даже в обороне, гибли или получали ранения через считаные недели пребывания на передовой. А про наступление и говорить нечего.
В конце августа мы узнали о мощном броске немцев к Волге. Пошли слухи, что нашу дивизию собираются перебросить на юг. Я узнал об этом одним из первых. Меня вызвал к себе подполковник Козырев и предложил возглавить роту бронебойщиков. Это не было повышением. Но вводимые в штат стрелковых полков роты ПТР должны были значительно усилить противотанковую оборону, им уделяли особое внимание.
– Сталинград? – вырвалось у меня, хотя я знал, что такие вопросы задавать не следует.
– Возможно, придется повоевать в степях, – уклончиво ответил Тимофей Филиппович. – Ты, наверное, на батальон рассчитывал, но понадобился надежный человек на эту должность. В роте будет 36 противотанковых ружей, штук шесть пулеметов, огнеметы, десяток конных повозок. Кстати, поздравляю тебя с очередным званием «капитан».
– Служу трудовому народу! – машинально поднявшись, ответил я. – Спасибо, товарищ подполковник.
– Не за что, – невесело улыбнулся Козырев. – Должность такая, что не слишком туда рвутся. С танками драться – это…
Он помолчал и продолжил уже другим, более жестким тоном:
– В полку всего десять пушек. Шесть «сорокапяток» и четыре легких «трехдюймовки». Этого мало. В бою вас, мол, дивизионная артиллерия поддержит. Только не всегда ее дождешься. А три десятка противотанковых ружей плюс огнеметы – это сила. Времени для подготовки у нас мало, сдавай дела.
В общем, получилось, что командиром роты противотанковых ружей меня назначили сразу, без всяких обдумываний. Через час я уже готовил на себя приказ (его сразу подписали), быстро сдал дела и начал формировать роту. Пользуясь случаем, я добился, чтобы в новую роту назначили взводными командирами Юрия Савенко и Михаила Ходырева.
