Красивая леди скрывается от своего отряда, не желая встречаться с опасностями. Мальчики Черного отряда изображают жестоких вояк, а девка вызывает их внимание как странная и смелая особа, чей вид поражает мужчин больше всего.
— Давай я приеду, Тим! Ты обещал научить меня делать минет, — шепчу, вдавливая подушку в живот.
— Вот сучка малая, — хмыкает, — теперь держись. Тебе пздц.
— У тебя совещание! — напоминаю, и мы оба с сожалением смотрим на часы на экранах.
— Мне пора, — он протягивает руку, чтобы отключить связь, и я поспешно проговариваю:
— Спасибо за конфеты, Тимур.
Он кивает, а потом как вспоминает:
— Не забудь выпить вторую таблетку, Ника. У тебя в телефоне напоминалка стоит.
— Я помню.
Конечно, я все помню. Тим снова кивает и отключается, а я достаю из сумочки таблетки.
Первую я держала под языком, пока Тимур не отвлекся на повороте, выплюнула в руку и зажала между пальцами. Потом в окно выбросила на парковке. А вторую сейчас просто спущу в унитаз. Я не за этим пришла, Талер, откуда-то я знаю, что у меня не так много времени, и что все скоро закончится. Так что я не имею права рисковать.
* * *Выхожу из душа и не перестаю улыбаться, меня переполняют эмоции — я живу у Тимура в доме, мы спим в одной постели. Он звонит мне, чтобы спросить, проснулась я или нет, и ему это действительно интересно.
Не потому, что чувствует ответственность за маленькую девочку Доминику. Не потому, что обещал или должен. А просто потому, что соскучился, пусть он не говорит, я это знаю. И быть Вероникой мне нравится гораздо больше, чем Доминикой.
Чувствую, что проголодалась, бегу в душ, и уже через несколько минут спускаюсь вниз, в кухню. Тимур привык завтракать и ужинать в столовой, а мне больше нравится кухня, и когда его нет, я не заморачиваюсь.
"Там обитает мега-крутой повар Робби. На самом деле Робби зовут Робертом, но здесь его все называют Робби, хоть ему под пятьдесят. Он высокий, худощавый и очень-очень разговорчивый. Каждый раз глядя на меня Робби картинно ужасается, хватается за сердце и этим меня постоянно смешит.
Он считает меня ужасно худой и ужасно хочет хоть немного откормить. Я даже слышала, как он однажды отчитал Тимура, что тот держит меня в «черном теле». Я не поняла, что это значит, пока не погуглила.
— Отъе. ись, Робби, — отмахнулся от него Тим, — она мне такая нравится. Если Ника голодна, она сама придет и поест, я не стану ее кормить насильно.
На ходу собирая влажные волосы в хвост, прыгаю по ступенькам и натыкаюсь на незнакомого мужчину. По виду ровесник Тимура, я его раньше не видела, но дело не в этом, а в его взгляде. Колючем. Оценивающем. Холодном.
