В тонкий стяг сплетенного из нервов и страха было вплотную прижато тело, окутывая его как удавка. Девушка следила за каждым шорохом, переживая каждый звук вокруг — будто собственная тень могла быть пылесосом кошмаров. Мужчина неуклонно приближался, словно охотник за своей добыцей, не сводя с нею глаз и чувствуя ее бег, как свою победу над страхом....
А сейчас он ему говорил, жужжал в башке назойливым шмелём, что всё неправильно. Что это большая ошибка, которая поведёт за собой разрушения. И этот случай был первым в его жизни, когда Леднёв всеми правдами и неправдами отказывался слушать себя.
Сука…
Что он здесь делает? Бросил недовольный взгляд на связку ключей от свободной квартиры. Он сейчас должен быть там. Там, а не здесь! Но вместо этого он навешал отцу на уши лапшу, о том, что они с названной сестрёнкой нашли общий язык, и вполне способны ужиться вместе… бред.
Илья и сам перестал понимать, чего он хочет от неё добиться? Трахнуть её? Он очень хотел этого. До зубного скрежета. До асфексии… когда смотришь на то, как вздымается её небольшая грудь от гневного тяжёлого дыхания, и чувствуешь, что задыхаешься. Яйца сводит от желания. Ещё раз, маленькая заносчивая сука.
Встал с дивана и отложил на стол пятничную лекцию. Сдвинул в сторону Виски. Та недовольно фыркнула, и бросила на Илью такой же недовольный взгляд.
- Нечего на меня пялиться, - шикнул на кошку, тыча на неё указательным пальцем, и добавил: - Иуда.
Но всё равно ласково потрепал по холке и после вышел на балкон. Солнце скрылось за многоэтажками, обволакивая город в нежные сумерки. Будто успокаивая. Заставляя взглянуть на жизнь под другим углом… где эту гадюку черти носят?!
Зубами вытянул из пачки сигарету и, распахнув балконное окно, щёлкнул зажигалкой, всматриваясь в мелкие человеческие фигурки во дворе дома. И одновременно уверяя себя в том, что не ищет её глазами.
Затяжка, вторая, третья. И так, пока не начинается фильтр. Затем ещё одна сигарета, и снова до фильтра.
Отец с Оксаной Вадимовной уехали в ресторан. И, возвращаясь сегодня от Демьяна, Илья, честно говоря, рассчитывал на то, что Назарова будет дома. Одна. Но пустая квартира неприятно удивила.
Ещё одна сигарета. Какая по счёту?
Перед его глазами вспыхнул огонёк… но тут же погас, так и не опалив скрученный в бумагу табак.
Выпрямил спину и, громко выругавшись, бросил сигарету с зажигалкой в бинбэг.
Выскочил с балкона, спотыкаясь об порог и, снова ругаясь. Называя блондинку последним словами. Чёртова шлюха…
Схватил толстовку и натянул на голое тело. Проверил ключи от машины, хлопнув по карману. Босые ноги сунул в кроссовки и, заперев дверь на ключ, вышел на лестничную площадку.
