Встречаются проблемы: заезженные деловые скандалы и запутанные интриги навязывают Якову Миронычу, Ларисе Гореловой и Козьме Лаврову слишком много работы. Но когда их помощь просто не приходится, каждый случай оказывается настолько непростым, что они оказываются вынуждены взяться за дело. В это время Яков Мироновский - опытный следователь, привыкший к сложным делам, остается единственным возможным выбором....
Похоже, «Я, следователь..» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Нат, не заводись! Ведь это работа…
Она обернулась и яростно посмотрела мне в глаза:
— Ах, рабо-ота?! Позволь напомнить тебе, мой дорогой, что помимо высокой чести быть твоей супругой я ведь тоже работаю! И отлично знаю, что такое работа! А твой цирк мне надоел! Все!
Ой, как мне не хотелось ругаться! И ужасно обидно — даже она не хочет этого понять. Я пожал плечами:
— Ладно. Почему-то у меня в жизни так получается, что я никогда не могу оплатить всех долгов.
— Об этом надо думать, перед тем как женишься! Наверное, все жены рано или поздно говорят такие вещи.
— Хорошо, в следующий раз обязательно подумаю!
— Советую поторопиться. Со «следующим разом»!.. — Наташа смотрела на меня сухими злыми глазами, и я понял, что она сейчас заплачет. Я испугался, потому что не могу видеть, как она плачет. Она почти никогда не плачет. И чтобы опередить ее, сказал:
— Если не смогу поехать, позвоню — сдай мой билет.
— Обойдешься! Не сможешь — поезжай сам в аэропорт и сдавай…
Шофер на улице снова загудел: «та-та, та-та-та».
— Глупо. И грубо. Там ведь человека убили…
ПОСТАНОВЛЕНИЕ о возбуждении уголовного дела. 4 сентября. пос. Солнечный Гай.
Я, Следователь, рассмотрев материалы обнаружения 4 сентября в районе поселка Солнечный Гай трупа неизвестного мужчины с признаками насильственной смерти и принимая во внимание необходимость производства по данному факту предварительного следствия, — постановил:
Возбудить уголовное дело об убийстве и приступить к расследованию.
Копию постановления направить прокурору области…
Лист дела 3"
"Тучи обложили солнце влажными компрессами, и свет был тихий, слепой, испуганный. Иногда дымящиеся солнечные столбы прорывались сквозь облака, но все равно не проходило ощущение, что это временно, что сейчас начнется дождь, и будет идти он долго, долго, и никто не знает, когда будет настоящее солнце.
Слабо шуршала под ногами высохшая трава, глухо звучали голоса людей вокруг, и меня охватила тоска.
Убитому было на вид лет тридцать. Он лежал ничком в зарослях кустарника, недалеко от дороги. Руки мучительно прижаты к груди. И в затылке три небольшие дырочки, расположенные почти правильным треугольником.
