Встречаются проблемы: заезженные деловые скандалы и запутанные интриги навязывают Якову Миронычу, Ларисе Гореловой и Козьме Лаврову слишком много работы. Но когда их помощь просто не приходится, каждый случай оказывается настолько непростым, что они оказываются вынуждены взяться за дело. В это время Яков Мироновский - опытный следователь, привыкший к сложным делам, остается единственным возможным выбором....
Похоже, «Я, следователь..» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
— Вот ваш рецепт, обработанный люминофорами и сфотографированный в ультрафиолетовом косопадающем освещении. Общий вид. Нравится?
— М-да. Изумительно, — сказал я. — И что?"
"— А вот что. — Леонтьев уперся световым лучом указки в верхний край рецепта. — Эта часть, где были штамп поликлиники и фамилия пациента, оторвана. Вот здесь мы видим хорошо сохранившуюся пропись латинскими буквами… Латынь вечна, — назидательно добавил он.
— Еще бы, — поспешил я согласиться. — Язык цезарей и фармацевтов.
— Внизу полустертая печать и неразборчивая подпись, — игнорируя мое замечание, сказал Леонтьев.
— Значит, рецепт пролежал в кармане две недели, — предположил я. — Но эта дата и подпись врача без печати нам ничего не говорят. Нам нужна печать.
— Вот вам печать, — сказал Леонтьев и сменил диапозитив. В центре печати отчетливо была видна надпись: «++я рецеп++в».
— Ну, это понятно, — сказал я. — «Для рецептов». Дальше.
— Пожалуйста. — Леонтьев показал следующий кадр — круг рецепта с надписью: «+++лин + а+ ++и+ + +ая +п+ ++кл».
Я удрученно промолчал. Леонтьев неуверенно спросил:
— Вам что-нибудь говорят эти пляшущие человечки?
— С человечками было проще — они ведь все разные… А больше ничего нельзя из ваших люминофоров выжать?
Леонтьев развел руками:
— Двадцать лет назад и это было невозможно…
— Утешительно… — пробормотал я. — Какие же тут могут быть слова?
— Наверное, характер учреждения?
Я стал перечислять:
— Амбулатория, поликлиника, клиника, больница, медсанчасть… В печати есть буквы ""п"" и «кл»…
— Поликлиника, — уверенно сказал Леонтьев.
— А если клиника? А? — безнадежно махнул рукой я. — Теперь — «лин».
— Это из названия. Впрочем, в системе здравоохранения этих названий тысяч десять…
— Или сто, — сказал я с добродушным ехидством. — Вот она, ваша косопадающая наука.
— Не ерничайте, — обиженно сказал Леонтьев. — Вы же прекрасно знаете, что наука не всемогуща.
— Да я шучу, — улыбнулся я. — Ведь наука — это же будущее криминалистики.
Да-а, эта задачка, скорее, для вычислительной машины, чем для следствия.
ВЕЩЕСТВЕННОЕ ДОКАЗАТЕЛЬСТВО ПО ДЕЛУ
Обрывок рецепта, обнаруженного на месте происшествия (фотография), масштаб 2:1
[Rp: S. Atropini Sulf. 0,1% — 10,0… DS… При болях 5-10 капель… 20/VIII… Аар]
Лист дела 23
У меня бы совсем испортилось настроение, не получи я в тот день доказательство, что не такой уж я дуб, как это можно было предположить сначала.
