В забытых уголках города, где дни туманами висят и ночи пропитаны ароматом смерти, вы встретите главного героя этой истории: стражем пламени он стал не по своей воле. В панике и хаосе, описанный в его мозгу — лишь отчаянное стремление выжить и разобраться в причинах этого ужаса, когда каждое движение может стоить жизни....
Миг потрясения и осмысления, наполненный блаженной для меня тишиной. Неверие, написанное крупными литерами на лице адепта, сменилось осознанием и…
— Будь моей… — горячо выдохнул одногруппник.
— Вдовой? — перебив мага, уточнила я.
— Лет через сто можно и вдовой, — покладисто согласился Пират, который сейчас как никогда был похож на бесстрашного боевого мага, который видит впереди цель, а вокруг — руины. Те самые, что еще недавно были препятствиями. — А пока — женой.
— Миниг, ты здоров? Нет жара? Может, тебе стоит отдохнуть, прилечь… — осторожно начала я, опешив от такого предложения.
— К тебе в постель? — воодушевился страж, услышав последние слова.
— Если ты сейчас приляжешь ко мне, то тут же и уснешь. Вечным сном. В гробу, — холодно отчеканила я.
— Это значит нет? — поджал губы Пират.
— Абсолютное, категоричное и однозначное, — подтвердила я. И, не удержавшись от любопытства, спросила: — Откуда такое рвение жениться?
На меня посмотрели, как на блаженную. Я ничуть не смутилась и ответила прямым взглядом.
— Ты мне нравишься. И подходишь. Не только как подружка, но и в качестве матери будущих наследников рода Торсмутов. Моя семья из обедневшей аристократии. И единственное богатство, которое осталось, — это сильный дар, что передается по наследству. Когда ты сказала, что на одной силе смогла рассечь брюхо волкодлаку… Это значит одно: у тебя не просто высокий, а максимально возможный уровень дара.
— Значит, все дело в даре… — грустно усмехнулась.
Еще недавно я не могла представить, что спящая сила станет не моей слабостью, камнем преткновения для поступления, а самым главным козырем. Поистине, судьба порой улыбается мне, а затем и бессовестно ржет.
Пират был неплохим парнем. Наглым. Настырным, идущим напролом. Но честным. И эта обескураживающая честность, когда он не юлил, не пытался лгать… она подкупала.
— Не только в нем, — упрямо возразил Пират. — Он, конечно, важен, но только ради этого я не стал бы так безоглядно пытаться засунуть голову в петлю брака. Ты мне нравишься, Ники. Красивая, смелая, сильная духом… Я обещаю тебя уважать как супругу. Ты никогда не пожалеешь…
Он не успел договорить, как дверь палаты, скрипнув, приотворилась, и на пороге показался улыбавшийся Мор.
