Население атакованного мира пытается с ними бороться, но со временем находит иное применение, начиная использовать частицы Хаоса, потребляя и привыкая к ним. Вся материя за столетия настолько пропитывается и трансформируется, изъеденная словно ржавчиной, что распадается на куски и становится частью Хаоса.
— Заражение, — прошептала я.
— Да. И все стало хуже, когда самые сильные живые существа, попадая сюда на Осколках, начали здесь выживать и увеличивать в себе Хаос за счет собственных особых способностей и силы родных миров. Появились Лорды… чья жизнь сосредоточена тут, которым некуда возвращаться. Они не могут жить вне Хаоса. Именно эти Лорды начали изучать периодичность ударов, искать новые миры, похожие на собственные, чтобы добывать зараженных, создавать из них сильных бойцов. Много я не знаю, слишком уединенно живу и не соблазняюсь Хаосом. При этом достаточно силен, чтобы сохранить Холм, дать отпор любому на Осколке."
"Это да. Все моя демонстрация силы — ничто, если он лишит меня воздуха или закопает под траву. Интересно, сколько нежданных гостей стали или игрушками в Холме или удобрением для прекрасного парка. Уверена, предостаточно…
Лорд Хиэльдинар учтиво подал руку, затем сделал вид, что не заметил моего неумелого осторожного касания за локоть. Мы чинно двинулись вместе, и под ногами потянулась ровная дорожка из мягкой зеленой травки. Через высохшую речку, сквозь лес…
Местность внезапно оборвалась, посерев… Я опять увидела пугающие небеса, вдруг обрывающуюся в пропасть кромку земли.
— Конец моего Осколка, — просто сказал фэйри. — Сами бы вы до него не добрались. Знаете, куда двигаться дальше?
Вдох. Выдох. Немного пси-энергии в жилы.
— Туда, — уверенно ткнула я в туманное нечто. — Но… еще вопрос. Кандалы, что они означают?
— В кандалах появляются отборные, самые сильные, самые лучшие слуги для Лордов. Говорят, что снявший кандалы, Сам становится Лордом. Большего я не знаю. Хорошей дороги! И помните, мы договорились. Как только вы поймете, узнаете, как можно вернуться, пришлите мне весть. Просто напишите детали на этом свитке.
В мою ладонь мягко вложили тонкий, скрученный в рулон бумажный лист.
— Закройте глаза. Я отдам Вам кусочек Осколка…
Бросив прощальный взгляд на фэйри, я снова увидела истощенное, сухое лицо с тонкими синими прожилками под бледной кожей.
— Спасибо! — прошептала я, крепче хватаясь за лямку сумки, а второй рукой прижимая к себе Яю.
— Пожалуйста, малышка, — еле слышно раздалось в ответ.
Земля под ногами закачалась. И… отломилась небольшим кусочком сантиметров в сорок от остальной части. Я закрыла глаза, в ушах взревел ветер.
Было полное ощущение, будто мной выстрелили из катапульты.