Автор
Где-то в Древней Руси... Мир условен, но события выдуманы. В гриднице жарит свеча, а за окном — туман. Ариша стремительно исходит в клеть к деду, поймавшись на рукаве рубахи — уже сгорает старая свеча, и девчонка знает: дед просит учения.
Дёмка-то поначалу лез с вопросами, но Андрей в ответ молчал, только гнул бровь свою чёртову и все.
— Андрюх, дай сухарь чтоль. Уж два дня без горячего варева, пузо сводит с голодухи, — Дёмка подполз ближе к другу.
Шумской полез в подсумок, нащупал там что-то, да и замер. Потом достал не то бусы, не то камни, Дёмка так и не уразумел. Поглядел на них, кулак сжал, видать выкинуть хотел, да передумал. Пхнул обратно, а вместо них вытянул сухарь и отдал.
— Спаси тя Бог, друже. Прям щедрый до усрачки. — Сухарь-то маленький, поломанный.
Андрей никак на подначку не отозвался. Промолчал, только мордой еще суровее стал.
— Сармат, ты как нелюдь. Молчком все. Говори, нето, что стряслось?! — И опять без внимания.
Дёмка уж рот раскрыл ругаться-собачиться, а тут Еська Сокол подлез. Глаза по плошке, шелом набок.
— Бояре, идут они, ляхи-то. Две ладьи, а по берегу отряд десятков семь.
Дёмка с Андреем приподнялись и переглянулись! Значит, ошибся воевода, когда решил, что лиходеи полезут через Вятники. Там-то основная сила и сторожила!
— Андрюх, жарко будет.
— А может и лучше так-то… — молвил Шумской и слова эти, ох как Дёмке не понравились. — Еська, вели брони проверять. Лучников в кусты, да не спать! Отведи десяток к овражку, пусть ждут и не суются в пекло-то.
Еська кивнул и утёк. Дёмка поправил броню, проверил бармицу на шеломе, меч ощупал. Прикоснулся к крестику нательному и выдохнул.
Пока удумывал, чем друга подначить, ляхи показались у крепостицы. Ох, и много! Вот один, дюже нарядный, в светлом доспехе, пригляделся и как заорет! Вмиг стрелы завизжали. Ратники, что у реки прятались, ответили борзо. И двинулась сшибка, началась бойня.
Бой-то он такой — накатывает споро, да быстро. Вот сидишь ты, сухарь жуешь, а через минутку малую уже по уши в кровавом месиве.
Ляхи навалились, теснили, сминали ратных-то. Дёмка, даром что молодой, но муж опытный, в боях побывавший, сразу понял — не сдюжат, не устоят супротив такого-то отряда. Взыграла, очнулась ярость — помирать, так только с ворогом в обнимку! Уж было вскочил, меч тяганул из ножен, а тут Андрей…
Встал во весь свой немалый рост, будто нарочно под стрелы выставился. В обеих руках по мечу, шелом ровно, глаза адским пламенем полыхают.
