В ночной дружбе между мужчиной и женщиной скрывается напряженная бдительность и острый инстинкт самосохранения. Мирон терпеливо ждет, когда его обязанности окончатся, в то время как Марьяна проявляет несдержанную активность, вызывая беспокойство. Их романтическая история полна хитрости и драматизма, где каждое слово может стать последним звуком перед трагедией....
– Как дела? – щелкнув брелоком, поинтересовался я у брата.
– Примерно как у тебя, – внимательно взглянув мне в лицо, натянуто улыбнулся Марк, – Мир, может, нас сглазили, а? Ну, та цыганка с рынка… Не может нам обоим одновременно так не фартить!
– Время будет – еще раз на рынок съездим, порчу снимем, – хмыкнул я, устраиваясь за рулем. – Где твоя машина?
– В ремонте! – всплеснул руками Марк. – Ночью сломалась. Я ее в автосервис к знакомым загнал.
– А Оля тебя пожалела и пригласила к себе?
– Пожалела? Пригласила? Она бессердечная жадина! Я всю ночь вокруг нее страдал, а она меня на диван спать уложила.
– Мне было хуже. Марьяна спала со мной.
– Что, все так плохо? – ужаснулся Марк, – а с виду такая, что ого-го.
– Заткнись и даже думать о ней в таком контексте не моги! – предупредил я.
– Фу таким злобным быть, – засмеялся Марк, – я так понял – твоя садистка просто пришла спать к тебе под одеялко и спокойно уснула, пока ты страдал?
Я сильно сжал зубы, снова гася желание развернуть машину и вернуться под то самое одеяло.
Подъехав к родному отделению, припарковал машину, и мы с братом пошли на ковер к начальству. Начальство было не просто не в духе – начальство было в бешенстве. Сидя за своим столом, Виктор Михалыч барабанил пальцами по столешнице и буравил нас с братом тяжелым взглядом.
– Демидовы, – всплеснул руками Данилов, – заходите, садиться не надо. Штаны можете снять уже сейчас. Вазелин по дороге купили или так потерпите?
– Что случилось? – нахмурился Марк.
–– Прокуратура на нас проверку наслала. По большому секрету сообщили, что стуканул один из прокурорских на вас, придурков!.
–– На обоих? – уточнил Марк.
– Понимаешь, товарищ прокурор вас не различает и не уверен, кто именно из Демидовых бил ему морду, а кто стоял на стреме, – заржал Данилов.
Я сжал кулаки, решив, что прокурора я просто закопаю. Терпила, мля!
– Что у вас случилось?
Данилов резко поднялся и подошел к нам.
– Кому лицо раскрасили?! – рявкнул он.
– Костину, – выдавил я.
– Да? – брови Данилова поползли вверх, – ну давайте я пожму вам руки за выполнения благого дела. Только какого хрена в рабочее время?!
– У нас был выходной, – хмыкнул я."
"– Выходной, мля! А теперь у вас отпуск, а у нас проверка! Отстранены от работы, пока все не выяснится! Оба! В кабинетах ничего не трогать, собрали вещи и скройтесь с моих глаз.
