Ярослав Резко открыл глаза и увидел мягкий предмет на своей шее — это была простыня. Солнечный свет заливал комнату, приковывая взгляд к мерцающим зеркалам. Женщина стояла напротив, её рыжие волосы было трудно подобрать в хаосе ночи, а глаза сияли неук calmым огнем. Кружевные одежды выдавали бешеное раздражение в этом странным мирном шоке....
Он вдохнул побольше воздуха, прикрыл глаза и на удивление спокойно отчеканил:
– Развода не будет. Разговор окончен!
И утопал в ванную комнату, даже ни разу не оглянувшись!
– Да чтоб тебя...! – топнула я ногой, закусив губу от досады. – Предатель! – прошипела коту и ушла в комнату одеваться.
Находиться в одном помещении с Яром было тяжело. Кофе я могла и в офисе выпить.
Быстро натянув на себя костюм, схватила сумочку и выскочила из квартиры за пару секунд до того, как Ярослав покинул ванную. Решила уйти по-английски, не прощаясь.
Села в машину, завела мотор, отъехала на пару кварталов от дома и остановилась, чтобы окончательно привести себя в порядок. Замазав тональным кремом синяки под глазами, навела яркий макияж с акцентом на губы и собрала волосы в аккуратный пучок. Вздохнула, выгоняя из головы все посторонние мысли, и снова завела двигатель.
Я всегда считала, что любимая работа – лучшее лекарство от душевных мук. Страдать и лить слезы в подушку считала пустым занятием, от которого могло стать только хуже.
Поэтому надев на лицо свою лучшую улыбку, я припарковалась у офиса, вышла из машины, расправила плечи и решительно направилась совершать трудовые подвиги.
В офисе практически ничего не изменилось, кроме огромного фикуса, красующегося теперь напротив входа, и моего статуса. Я шла по холлу, громко цокая каблуками и вежливо здороваясь со знакомыми. Подойдя к зеркальному лифту, вошла в кабину, посмотрела на свое отражение и неодобрительно покачала головой.
Нет... Выражение лица срочно нужно было переодеть.
"Звякнул колокольчик, лифт остановился, и я потопала в кабинет Анатолия Дмитриевича. Кивнув в знак приветствия его секретарше – милейшей Дарье Ивановне – аккуратно постучала в добротную дубовую дверь костяшками пальцев.
– Войдите! – отозвался мой новый начальник.
Дважды повторять мне было не нужно, и спустя секунду я стояла перед ним, улыбаясь во все тридцать два.
– Доброе утро, Стефания, – приветствовал Анатолий Дмитриевич, – проходи, присаживайся. Как дела?
Я села на посетительский стул и почти искренне ответила:
– Все отлично.
– Ну вот и хорошо. Сейчас тебе нужно сходить в отдел кадров, у тебя ведь изменилась фамилия с прошлого года, – шеф мягко улыбнулся и продолжил. – Пойдешь в помощницы Аллы Андреевны.
