Автор
Авдеев просыпается от истерического крика Саньки, и его раздражение растет с каждой секундой. Уже чувствуется, что муж ее явно заслуживает наказания за то, что не выгонит эту шалаву из квартиры. Внутренний конфликт и атмосфера напряжения в доме сразу подчеркивают будущее ссоры и скандала....
— Ты правда хочешь детей? — спрашивает серьезно и в глаза мне заглядывает, чего там выискать пытается? Я еще вчера свою позицию обозначил.
— От тебя хочу, — киваю, — не хотел бы, Кать, не занимался бы с тобой сексом без презервативов, — смеюсь, а она краснеет и снова бросает взгляд на Аида, уверен, что до наших разговоров ему дела нет, его задача сестру Графа охранять, остальное его не касается, — до тебя я этим не грешил, — добавляю, нравится мне ее реакция.
— И много у тебя баб было? — шипит отстранившись.
— Много, Кать, — не вижу смысла скрывать, — я не мальчик Кать, я здоровый мужчина и секс мне необходим.
Смотрю на нее, вижу, как меняется взгляд, сверлит меня своими голубыми омутами, дышит громко и отстраниться пытается.
— Ты чего? — спрашиваю.
— Необходим да? — шипит и ногтями мне в грудь впивается, — и как же ты бедный почти месяц без него обходился?
И на этой ноте меня прорывает на смех, она ревнует, вот так просто ревнует, неужто думает, что я все это время левых баб трахал?
— Ревнуешь? — улыбаюсь и не обращая внимания на ее попытки отодвинуться, сажаю к себе на колени и целую, а она все никак сдаваться не желает, упирается ладонями мне в грудь, губу кусает, ведьмочка.
— У тебя кто-то был за это время? — спрашивает тихо и взгляд отводит, в ожидании ответа.
— Дурочка ты моя, Кать, ну, о чем ты вообще?
— Ты же сам сказал, что секс тебе необходим и в тот день ты злой уехал и…
Тяну ее на себя, беру за подбородок, вынуждая смотреть в глаза.
— Нет, Катя, не было у меня никого с тех пор, как тебя встретил и не будет больше, — улыбается и сама меня целует, напрочь забывая об Аиде, дурочка маленькая, разве могу я на других смотреть, когда наконец обрел ту, с которой жизнь прожить хочу.
Путь до больницы занимает почти два часа, когда наконец добираемся, Катя тушуется, смотрит на меня неуверенно, беру ее за руку и веду туда по коридорам в сторону реанимации. В коридоре натыкаемся на Грома, который что-то бурно обсуждает с врачом.
— Я Вас понял, — кивает доктор.
Пока интересуюсь состоянием Кира, Катя молча стоит рядом и переминается с ноги на ногу, вижу, что хочет внутрь войти, переживает, но попросить не решается, на меня смотрит. Делаю это за нее, врачу, естественно, такой расклад не нравится, но скрипя зубами он все же соглашается, Котенку выдают халат и бахилы, и пропускают внутрь.
— Я отъеду ненадолго, — предупреждаю ее у самых дверей, и она кивает.
