В мире уютных пар и счастливых дружек один из них всегда был влюблён. Но что если тайна в паспорте может растопить даже железную дружбу? Книга "Я тебя не хочу" Анны Шнайдер раскрывает, как маленькая правда способна переплести судьбы любящих и близких друг другу людей, заставляя поверить в чудо из обычной жизни....
Если я скажу «да», Лебедев будет иметь и эту свою Ларису, и меня, а может, и ещё кого-нибудь. Хорошо устроился! Целый гарем.
— Я скажу «нет», — прохрипела я и задрожала — Сашка усилил напор. — Не…
— Не сейчас, Стась. Подумай. Ответишь, как вернёмся из Праги. А пока… давай мыться.
Лебедев отошёл от меня, и я еле сдержала вздох разочарования. Ну не дура ли?
— И как ты собираешься мыться с таким… стояком? — пробурчала я, косясь на Сашкин член. Сравнивать мне, конечно, не с чем, но выглядел он внушительно.
— Как-нибудь. А что, — Лебедев прищурился, — ты хочешь избавить меня от стояка? Я только за.
— Зато я против!
— Так я и думал.
Никогда в жизни не мылась с кем-то вдвоём в одной ванне. Странное ощущение, и не могу сказать, что мне очень понравилось. Под душем я привыкла расслабляться и отключать свой мозг, но с Сашкой за спиной это сделать не получалось. А уж когда я решила подмыться и вода из прозрачной превратилась в розовую…
— Отвернись, — буркнула я, возмущённо засопев, и Лебедев фыркнул.
— Перестань. Что я, крови не видел? Меня это не смущает.
— Зато меня смущает!
— Скромница ты моя, — вновь фыркнул Сашка. — Ладно, так уж и быть. Отвернусь. Но мыло хотя бы дай, а то мне без него заняться нечем, поэтому я только и делаю, что пялюсь на твою попку.
Вышеупомянутая попка, кажется, слегка покраснела.
— А ты не пялься. В конце концов, она у меня ничем не отличается от всех прочих попок.
— Неееет, Стась, — засмеялся Лебедев. — Отличается. И вообще, ты-то откуда знаешь? Ты же сама не можешь её увидеть.
— Почему не могу? Могу. В зеркале.
— Это не то. Все мы в зеркале видим не совсем себя, а… кого-то другого.
Я чуть струёй воды не подавилась — смывала в этот момент шампунь с волос на голове. Ничего себе заявочки… Лебедев никогда не проявлял склонностей к подобной философии.
— А кого же мы там видим?
— А кто кого.
Я хихикнула.
— А ты что видишь, Саш?
— Я? Придурка вижу. Мелкого и смазливого. И не спорь даже! Это моё отражение, что хочу, то и думаю о нём.
Почему-то этот разговор немного расслабил меня, и дальше я мылась уже спокойнее.
