Или мне кажется?
Серьёзно? Думаешь мне кусок в горло полезет?
— Нет, спасибо, — складываю руки на груди, пытаясь закрыться от него.
Но Ворон словно и не замечает ничего. Скользит по мне внимательным взглядом. Нежным, ласкающим. От него волоски на коже встают дыбом, а дыхание учащается. Что за идиотская игра? Или это моё воображение? Зябко веду плечами, скидывая оцепенение, но расслабиться все равно не получается. Я вся, как натянутая до предела струна, которая может лопнуть в любую секунду.
— Ты совсем не изменилась, — хрипло говорит Ворон, подаётся вперёд и переходит на шёпот. — Потрясающе выглядишь…
Этот тембр… с присущей только ему хрипотцой действует на меня, как удав на кролика. Я невольно реагирую, всеми фибрами тянусь к нему, но вовремя стряхиваю наваждение. Нет. Стоп! Я так просто не сдамся.
— Не для тебя, — поджимаю губы и вздёргиваю подбородок.
— Жаль, — Ворон просто улыбается, никак не реагируя на мой выпад.
Не понимаю, чего он задумал, и это нервирует ещё сильнее. Издевается? Или просто наслаждается произведённым эффектом? Какая цель этой встречи?
— Ворон, чего ты хочешь? — спрашиваю прямо, чтобы расставить сразу все точки.
Он неприятно морщится, взгляд всего на секунду становится жёстким, но быстро меняется обратно.
— У меня имя есть, — вроде тихо, но с явной агрессией и скрытым предупреждением.
Цепляет тебя, да? Даже на солнце есть тёмные пятна.
— Оно мне без надобности, — роняю небрежно.
Кажется, я нашла слабое место, но отчего-то мне совсем не радостно, а до невозможности тоскливо. Его имя… Подаренное мне вместе с сердцем…
Я всё тебе вернула. Ничего себе не оставила.
Проглатывает и не спорит. Но я всё ещё жду ответ на свой вопрос.
— Столько всего хочется сказать… — его глаза мечутся по моему лицу, а мне хочется стереть с себя макияж, который кажется уже неуместным. Не тот случай, не тот мужчина. Всё не то и не так, как я планировала.
— А мне не хочется слушать, — огрызаюсь рефлекторно. — Давай ближе к делу.
— Торопишься? — его губы кривятся в ухмылке.
— Общество неприятно, — веду плечами, скидывая с себя его взгляды и невидимые прикосновения.
— Моя ведьма, — довольно щурится Ворон и хищно скалится. — Я хочу всё исправить. И вернуть тебя себе.
Если это шутка, то совсем не смешная. Как можно вернуть то, что никогда не принадлежало тебе? То, от чего ты сам отказался?
— Я что, вещь, чтобы меня бросать, а потом возвращать при удобном случае? — выразительно изгибаю бровь.
— Ты — моя любимая женщина… — вроде как с нежностью, но не верю я ему.
Всё равно дёргает от его слов, а сердце сжимается. Оно верит? А я нет! Внутри что-то рвётся и надрывно стонет. Как же больно. Как же жестоко. С трудом запираю эмоции под замок. Нельзя поддаваться слабости. Только не сейчас, я и так слишком уязвима.