Автор
Деревья-болота здесь были зелеными и мутновато-фиолетовыми, будто зачарованное изумрудное пространство. Странный дом на сваях с нависшим над водорослями крыльцом стоял в паре шагов от Ники. Каждое движение мотора лодки вызывало дрожь, и ей было нельзя подсмотреть за происходящим в окнах, заставленных ставнями....
Похоже, «Я тебя отпускаю» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В конце концов, они еще молодые, найдут себе спутников и проживут долго и счастливо, с теми, кто им подходит и их понимает.
– А как же я? – тихо спросила Рина. – Меня тут вообще нет, в этой сложной конструкции?
– Господи! – засмеялась бабушка. – Да что ты? Ты давно не ребенок, а взрослая девица, через два года можешь замуж сходить!
Как бабушка была права: и матери, и отцу после развода стало легче и проще. Ринина мать, легкомысленная Шурочка, пообижалась чуть больше месяца: «Ах, такой-сякой, бросил меня, умницу и красавицу», – а потом быстро выдохнула, освободилась, повеселела, еще больше помолодела и расцвела.
Отец к тому времени уже жил в деревне.
А Рина и вправду сходила замуж – аккурат на первом курсе. И здесь бабушка оказалась права. И кстати, формулировка оказалась ее очень точной – «сходить замуж». Сходила. Правда, неудачно сходила.
Ко второй бабушке, Ирине Ивановне, в честь которой Рина была названа, она попала впервые года в четыре. Бабушка Ира жила в деревне за Россошью.
Деревня была живописная, красивая и, видимо, когда-то небедная. Но теперь молодежь тяжелым сельским трудом заниматься не желала и бежала в города. При этих разговорах отец хмурил брови, а мама посмеивалась: «А что же ты, крестьянин? Других осуждаешь, а сам убежал!» Отец еще больше хмурился и всерьез обижался."
"Легкомысленная Шурочка полдня проводила на речке. «Я на пляж!» – утром радостно объявляла она.
Кстати, и Шурочка звала свекровь по имени-отчеству. А на просьбу мужа называть ее мамой, возмутилась: «Какая она мне мама, господь с тобой! Мама у меня одна, и живет она в Ленинграде!» Сказала, как припечатала.
Даже будучи совсем ребенком, Рина понимала, что Ирина Ивановна невестку не любит – ни тебе объятий при встрече, ни пусть дежурного поцелуя при расставании.
Шурочка всегда привозила свекрови подарки – то духи, то платок. Но Ирина Ивановна всем была недовольна. «Одеколон? – презрительно усмехалась она, вертя в руке флакончик духов.
