Автор
В глубокой ночи юная девушка открывает дверь подъезду для своего нового соседа-инопланетянина. Его странный внешний вид и странное вино заставляют ее бояться, но он решительно проникает в квартиру с початой бутылкой напитка. Кровь побежает по её спине, хотя она не знает, что ждет именно этого гостя....
Вот только вместо Марка, я предпочла бы видеть за столом другого человека. Какое у судьбы изощренное чувство юмора.
– В чем дело? – ткнула кнопку на чайнике, и развернулась к гостю, опираясь поясницей на столешницу кухонного гарнитура. Ощутила, что спину начало тянуть как перед «этими днями». Машинально приложила руку к животу и погладила. – Говори, не тяни.
– Пашка сказал, ты беременна.
Вот черт!
Опустила глаза и впилась ими в узор на дощатом ламинате. На одной плашке маленький скол, поискала глазами еще сколы – не нашла.
– Ир, только честно…? Ты сказала ему с горяча, или ты реально влетела?
– С горяча… – ухмыльнулась и подняла взгляд на Марка, который теперь без труда все прочел по моим глазам. Да и улыбка получилась горькой. – На выходных была у врача. Делала узи.
– Чей ребенок? – спросил, а потом поерзал, явно смущаясь. – Прости, если я так резко, но ты сама понимаешь, мы с тобой всегда…
– Не твой, не волнуйся.
Ответ получился резковатым, и мне стало неловко, особенно из-за молчания, возникшего после.
–А отец ребенка в курсе? – попробовал подойти с другого бока, и я вдохнула и поняла, что не избежать разговора по душам. Мне придется рассказать все Марку, потому что он все равно допытается. Только сперва я должна убедиться, что могу ему доверять.
– Могу я рассчитывать, что разговор останется между нами? – скрестила руки на груди и поймала тяжелый взгляд Кремлёва. Тот, не мешкая, кивнул, и я оттолкнулась от столешницы и прошла к столу, опускаясь на стул напротив.
– Ира? – Марка явно бесили мои закидоны. Ну а что поделать, если я не знаю, с чего начать?
– Отец ребенка наполовину в курсе. Он знает о беременности, но не понял, что он отец. А я не стала распинаться и объяснять. Вот если вкратце.
– А ну теперь понятно, – Марк голосом полным иронии и сарказма подытожил и, откинувшись на спинку стула, сурово на меня посмотрел.
– Суворов отец.
Тишина хлеще чем в бункере взорвала атмосферу и поглотила все вокруг как после взрыва ядерной бомбы. Ты видишь, что грибок уже растет на горизонте, но ударная волна до тебя еще не дошла и вот это самое затишье перед бурей бьет по нервам хлеще скрипа ногтя по школьной доске.
– Серьезно? – Марк переспросил только это.
