Мариам встретила брата Давида после долгого времени: он наконец приехал в гости с семьей. Слезы радости выступают на глазах Мариам, когда она обнимает своего любимого человека. Вместе они оживляют умирающую тусовку, заставляя весело подпевать музыку и улыбаться в ответ на шутки....
Он оборачивается на меня и вскидывает подбородок. — Так было из поколения в поколение. И так будет и дальше!
— Но посмотрите вокруг! Все давно не придерживаются этих условностей!
— Хватит спорить! Ты еще слишком мала, чтобы рассказывать нам как живут другие! — дедушка, повысив голос, выпрямляется во весь рост. — Хочешь идти к нему, иди! Но сюда дорогу забудь!
От дедушки слышать такое по-особенному больно. Я пытаюсь найти в его лице хотя бы каплю былой любви, но она будто испарилась. Стерлась, как и не было никогда.
"Я бы могла привести еще примеры того, как мои одноклассницы вышли замуж за мужчин другой национальности, и их семьи были рады за них, устраивая пышные свадьбы и веселясь все вместе как родные. Могла бы поделиться тем, что теперь одна из них счастливо воспитывает дочь, а вторая вместе с мужем путешествует по миру. Я бы могла рассказать о других знакомых, но более чем уверена, что мои доводы останутся не услышанными.
Дело не в национальности, как всегда меня уверяла мама.
Тяжело сглатываю и встречаюсь с отцом взглядами. Я чувствую, что ему тяжело. Знаю, что он, так или иначе, любит меня. Просто слишком крепки в его крови устои. Возможно, когда-то он сможет с ними побороться, если захочет, а пока…
— Мариам?
В воздухе повисло гнетущее ожидание.
— Прости, — мое слово еле слышно, но я уверена, все его отчетливо разобрали.
Взгляд в любимые карие глаза. Вижу, как напряжен Демьян. Прищурено наблюдает за мной, но без давления. Только он никогда не давил. Он один всегда давал мне выбор. И теперь я выбираю его…
Двумя шагами сокращаю между нами расстояние и вкладываю свою дрожащую ладонь в надежную мужскую. От страха, волнения и переживаний мои пальцы ледяные и влажные. А его горячие и сильные.
