В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
Ее выражение лица с нерешительного меняется на боевое, и тут же - обратно. И вот опять нахмуривает брови.
- Сядь.
- Вы, Руслан Таирович, не желаете лечит Ника?? - с горечью и обвинением в голосе.
- Ты давно была во второй палате?
- Давно...
- Зайди на досуге.
- Господи, просто скажи, ты будешь его лечить или нет?! - закрывает ладонями лицо.
- Оскорбительный вопрос. Вот, держи, - двигаю ей конверт по столу.
- Это что?
- Это расчёт. За должность моего личного ассистента. Я благодарен за работу. У меня никогда не было ассистента лучше.
- Вы меня увольняете?.. - испуганно.
- Из отделения - нет. Теперь ты просто ординатор. Я освобождаю тебя от дополнительных обязанностей. Больше необходимости решать нерешаемые ребусы не будет.
- А почему? - поджимает губы.
Потому что, блять!
- Взаимопонимания не случилось.
- Я извинилась.
- Я извинил. На этом - всё, - срывается мой голос. - Миссия выполнена, Ника я взял. Дава твой молодец. В этой должности ты больше не нуждаешься, верно?
- Понятно, - не моргая смотрит мне в глаза.
И снова у меня сводит грудную клетку до внутреннего звона. А мне казалось, я уже закончил с агонией и успокоился. Но, сука, нет...
Психуя, отталкиваюсь от стола, отъезжая на кресле от нее подальше.
- Уйди, Зотова, а? У меня операция через два часа, - щелкаю зажигалкой, глубоко затягиваясь.
- Вы меня с нее сняли!
- Я не железный, - пожимаю плечами. - Прояви понимание.
Ее кисть, не глядя, сжимает лист на столе, комкая его. Рассерженно швыряет в меня. Ловлю на лету.
- Ты не способный к диалогу тиран!
Ну правильно.
Но кто-то должен остановить перепалку, и я останавливаю.
- Конверт забери. И... ты свободна от всех наших договоренностей, - заставляю озвучить себя свое решение.
Выходит из кабинета, хлопая дверью.
Расправляю лист, сжатый в руке.
Статья Ульяны. Комкаю обратно, швыряю в урну.
Женщины... бесячья порода.
Дёргая за рычаг, заваливаю кресло назад, закрываю глаза.
Надо отключиться от этого.
Кручу в пальцах карандаш, перекидывая его между фалангами. И медитативно считаю про себя. Девяносто девять... девяносто восемь...
Эмоции начинают утихать.
... Семьдесят один... семьдесят... Шестьдесят девять.
""Шестьдесят девять"" с Таей... Фантазия внезапно рвёт реал, подкидывая меня на месте. Оглушающее возбуждение неконтролируемо захлестывает. Ее вкус, стоны, ощущения горячей влажной тесноты… Но не только это! Еще что-то более тонкое.
