В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
Сама стою на первом этаже приемного покоя. Подглядываю в окно. Ну так... На всякий случай.
За спиной кабинет Бергмана. Он вот-вот должен вернуться. И будут какие-то ответы на вопросы.
Дверь за спиной хлопает. Стук каблуков, который замирает рядом со мной.
Ощущаю, как встаёт рядом Ульяна Карловна. Запах ее горьких приторных духов врезался в память навсегда. Каменею...
Перевожу на нее взгляд.
- Здравствуйте.
- Здравствуй, Таисия.
Руки сложены на груди. На своих каблуках выше меня практически на голову. Мне кажется, я гном рядом с ней.
Она смотрит в окно на Ника с Лерой.
Они держатся за руки. Ник вдохновенно что-то втирает Лере, показывая экран телефона.
- Красивый мальчик. Очень жаль, что произошло такое несчастье.
- Мхм... - неловко мычу я.
И, тоже закрываясь, складываю руки на груди.
Искоса бросает взгляд на мою кисть.
- Красивое кольцо. Дорогое... Хасанов молодец.
Таким тоном... многозначительным и недобрым... и словно это только повод для того, что хочет сказать дальше.
- Оно мне дорого, да, - хочу стереть ее неприятный намек непонятно на что.
- Но я бы на твоём месте, наверное, предпочла бы дать шанс брату, а не это кольцо.
Что?...
Перед глазами расплывается окно. Что она имела сейчас в виду?
Слышу, как отдаляются ее каблуки за спиной.
Медленно разворачиваюсь, смотрю как она заходит в лифт.
Горло словно сжало огромной кистью. Почему она это противопоставила?!
Зависнув, пытаюсь разобрать ее фразу и хоть к чему-то привязать.
Всплывает тот семейный ужин, на котором я предстала перед их семейством, как невеста Давида. Их там откровенно сватали... Хасанов игнорировал, а Ульяна пыталась вежливо отшучиваться, словно защищая Руслана от неловкого положения.
В моей груди открывается нарыв. Болезненный и кровоточащий.
Нет, я до сих пор не понимаю, почему она сказала так. Но... Догадка словно уже внутри меня и запустила эти токсичные процессы.
“Я бы предпочла дать шанс брату, а не это кольцо…”.
- Давид!! - ловлю за локоть Варшавина, возвращающегося с обеда.
- Воу! - пытается удержать он в равновесии стакан кофе. - Что-то случилось?
- Давид, а что там с оборудованием для Ника.
- Тая! - закатывает он глаза. - Ты не говори вслух такие вещи, ок? Не подливай масла в огонь.
- Какие?
- Не для Ника ... - многозначительно играет бровями, увлекая за собой к лифту. - А для отделения. Чувствуешь разницу?
- Нет... - растерянно бормочу я.
