В небольшой клиниках доктора Руслана Таировича ждут пациенты с неизлечимыми заболеваниями. Если он возьмёт тебя на работу, возможно, ты сумеешь уговорить его взяться за операцию для своего сына Никиты. Под крылышками фикуса ты стоишь у входа в кабинет - всё дышится и живёт, а стены звенят от твоих мыслей: как говорить с господином так, чтобы он взялся за дело?...
- Что?! Какого черта??
- Я поставила то, что в назначении было, - сует ему в руки медсестра подложку.
Он смотрит на первый лист, где фамилия пациента, потом открывает последний с назначениями...
- Идиоты!! - рявкает Хасанов. - Это же Сидорову назначено, а не Бойко! Как это возможно вообще??
Бойко хрипит. Закатывает глаза, обмякает.
- Стоять! Я тебя не отпускал. Интубируем... Эуфиллин ему, быстро.
- Руслан Та-таирович... - мямлю я. - Чем помочь?
- Вон отсюда, - бросает мне. - Отстранена! Ксения, коли.
Обтекая, делаю несколько шагов назад.
Я что - перепутала листы с назначениями между собой?! Я чуть пациента не убила??
Я не могла... не могла... из рук не выпускала... только после того, как скрепила степлером... и потом все проверила. На всякий случай! Всё было правильно, я уверена! И всё же… Вот.
В ушах шумит, ложусь спиной на стену, не моргая смотрю на то, как они его спасают.
Губы трясутся, руки немеют. И ужасно стыдно и страшно.
Только бы спасли...
Через десять минут все обессиленно замирают.
- Ну и слава Богу... - выдыхает Горыныч. - А то придумал тут - помирать.
- Следить за состоянием, - срывает перчатки Хасанов. - Операцию переносим.
Швыряет разъяренно перчатки на кушетку у палаты.
- Жаль что нельзя вас плетьми херачить... - глядя мне в глаза, сует мне в руки эту подложку. - Только увольнять!
Ирина Васильевна, бросив на меня тревожный взгляд бежит следом за ним. Ловит его у входа в кабинет.
- А с Зотовой-то что?
- А что с Зотовой, - бросает на меня гневный взгляд, - должна решить сама Зотова! Ее врачебную ошибку мы исправили, но остальное не исправим.
Хлопает дверью.
Хочет, чтобы я уволилась сама?
Мне хочется рыдать от бессилия и несправедливости. И я конечно же бы уволилась прямо сейчас, если бы не Никита. Но я не могу…
Глава 20 - Огонь!"
"Оказывается, мне очень сложно разделить в себе врача и мужчину. Нет, я знал, что такая проблема есть, но меня не парило. А сейчас просто раздвоение личности! И внутренний ринг.
Раунд за раундом проигрывает то один, то другой.
Как мужчине мне хочется ее прикрыть от всего, что сейчас обрушится на нее. Как врачу - казнить. И обрушиться первым!
- Брейк, короче...
Никто не должен проиграть. Ни врач, ни мужчина.
Выхожу из кабинета.
- Где она?
- В подсобке...
Как побитая кошка спряталась. Там, где людей не бывает.
Открываю дверь в подсобное помещение.
Вздрагивает.
Сидит у стены на кушетке. Поджав к себе колени. Обувь валяется на полу.
