Вечерний шепот музыки и мерцание стrobоскопов создают атмосферу забытого клуба, где каждая фраза или звук будто провокует возвращение прошлого. Человек чувствует себя необычно: минутное расстройство заменяется внезапным отсутствием времени, как если бы ты оказывался на месте хвоста ящерицы. Этот роман описывает душевный кризис в современной жизни — где каждое действие и реакция приводит к неожиданным взлетам и падениям....
Представляешь? А девять лет назад Шаталов отдал ей весь бизнес. Переписал на ее имя контрольный пакет акций.
— Девять лет? — Я хватаю со стола свой стакан и жадно пью воду. Всю, до последней капли.
— Что-то там у него случилось. Темное. — Галина Михайловна пожимает плечами. Редкий случай, когда наша главная сплетница не смогла нарыть нужную информацию. — Но компания, которой он занимается сейчас, — это фирма покойного отца. За последние годы Шаталов умудрился поднять ее с колен и вывести на республиканский уровень.
— Что ж этому... передовику производства без нашей клиники не жилось? — Закрываю глаза и делаю пару медленных вдохов.
Ничего особенного не произошло. Прошлое — в прошлом. Настоящее — в настоящем. Однако эта непрошеная экскурсия по жизни Шаталова действует на меня слишком сильно. Словно очередная проверка: болит или не болит.
К сожалению, в отличие от прошлых тестов, сейчас я проваливаю сдачу.
— Да кто ж их, богачей, знает?! — Галина Михайловна заканчивает, наконец, пытку фотографиями и возвращается к своему остывшему капучино.
— Никто. — Я поднимаюсь с места.
Кофе уже не хочется. Воды тоже. Желание отсидеться в кабинете до начала приема становится настолько сильным, что сразу же иду к двери.
Ноги сами несут вперед, даже каблуки не мешают. Но стоит распахнуть дверь, и я на полной скорости врезаюсь в чью-то грудь. Твердую как из стали. Легкие тут же заполняются ароматом мужского парфюма. Слишком редкого, чтобы его можно было спутать.
— А это Елизавета Ивановна, — доносится откуда-то сбоку скрипучий голос Аркадия Петровича Савойского, заведующего отделением ЭКО. — Кажется, именно с нее вы хотели начать общее знакомство.
Аркадий Петрович умалчивает о жене Шаталова. Хотя бы перед персоналом соблюдает видимость врачебной тайны. Только мне сейчас на это наплевать.
Будто имеет полное право, Марк скользит горячей ладонью по моей спине. И возбуждается так быстро, что во рту пересыхает.
— Я планировал общаться с каждым лично.
И пока остальные работники клиники спешно поднимают с пола свои челюсти, резко разворачивает мое безвольное тельце в сторону коридора.
Глава 6. Азы субординации
В каждом мужчине скрыты голодный тигр, похотливый орангутан и упрямый осел.
Наглость некоторых мужчин сбивает с ног. Наглость этого мужчины сбивает с ног в буквальном смысле.
Чуть не падаю, когда цепляюсь каблуком за небольшой порожек в коридоре.
