Вечерний шепот музыки и мерцание стrobоскопов создают атмосферу забытого клуба, где каждая фраза или звук будто провокует возвращение прошлого. Человек чувствует себя необычно: минутное расстройство заменяется внезапным отсутствием времени, как если бы ты оказывался на месте хвоста ящерицы. Этот роман описывает душевный кризис в современной жизни — где каждое действие и реакция приводит к неожиданным взлетам и падениям....
"Я тебя заберу
Марья Коваленко
Глава 1. Фантомные боли
Мужчина — как хвост у ящерицы.
Оторвешь... с мясом, а спустя какое-то время он снова на месте.
Настоящее время
Музыка гремит так громко, словно какому-то центру отоларингологии срочно требуются пациенты. Стробоскопы не отстают. Я провела в ресторане всего час, а уже чувствую себя сварщиком после двух смен.
— Выглядишь потрясающе.
Непросто услышать в таком дурдоме чей-то голос. Но владелец центра репродуктивной медицины и мой непосредственный начальник умеет говорить так, чтобы его слышали.
Я разворачиваюсь на сто восемьдесят и буквально утыкаюсь лицом в рубашку босса.
— Спасибо.
О том, что такое личная дистанция, Николай Кравцов, конечно же, не слышал. Впрочем, как и о том, что такое деловая субординация.
— Уже подумываю сменить в клинике дресс-код, чтобы каждый день любоваться тобой в вечернем платье.
Нахальные руки приземляются на мою талию, и пальцы начинают поглаживать кожу сквозь ткань. Вполне профессионально.
Когда-то, в другой жизни, мне бы, возможно, понравилось. Та девочка вспыхивала как спичка. Но сейчас — нет! Не то место. Не те пальцы. И я сама совсем другая.
— Помнится, ты всегда был поклонником белых халатов. Коротких. На голое тело.
Чтобы не привлекать лишнее внимание, осторожно снимаю с себя горячие ладони и увеличиваю дистанцию между мной и Кравцовым.
— Ради тебя я готов меняться. — На губах Коли расцветает плотоядная ухмылка, его кадык красноречиво дергается.
Вокруг нас толпа народа, коллеги, партнеры, некоторые бывшие пациенты, а организатор банкета вместо важных речей, как всегда, думает лишь о том, что находится у меня под платьем.
— Ради меня можно сделать кое-что другое.
К Кравцову даже прикасаться не хочется. Но через не могу поднимаю руки и поправляю модный галстук. Улыбаясь, затягиваю. Медленно. До легкой асфиксии.
— Лиз... — Лицо Коли становится серьезным.
— Отпусти домой, — быстро произношу я. — Нечего мне здесь делать. А там сын. К нему хочу.
— Черт, Градская... — Босс резко дергает шеей, спасаясь от удушья, и перехватывает у пробегающего мимо официанта сразу два бокала.
— Коль, если без шуток, Глеба с соседкой пришлось оставить. Ей завтра на учебу, некогда присматривать. Да и сын без меня не уснет. Будет ждать, во сколько бы ни пришла.
