Вечерний шепот музыки и мерцание стrobоскопов создают атмосферу забытого клуба, где каждая фраза или звук будто провокует возвращение прошлого. Человек чувствует себя необычно: минутное расстройство заменяется внезапным отсутствием времени, как если бы ты оказывался на месте хвоста ящерицы. Этот роман описывает душевный кризис в современной жизни — где каждое действие и реакция приводит к неожиданным взлетам и падениям....
Заинтересованным взглядом она скользит по дивану, по журнальному столику и барной стойке. Словно мы не в доме ее мужа, а в тайном хранилище Эрмитажа.
— Марк не рассказывал о том, где жил раньше?
— Рассказывал... Вернее, я знала об этом доме. Только думала, что после аварии он его продал.
— Ясно. — Останавливаю себя мысленно.
— Здесь все такое... его, — со странным сожалением произносит Анастасия. — Даже если бы я не знала, чей это дом, могла бы легко догадаться.
От этой ее откровенности веет такой тоской, что меня пробирает насквозь.
Помню, какой Шаталова была в моем кабинете. Помню ее взгляд... презрительный, свысока. Помню, с какой гордостью она рассказывала о своем счастливом браке и желании Марка получить от нее ребенка.
Та Шаталова была королевой. С королем и свитой.
Нынешняя другая. От прежней короны осталась лишь тень, а красные глаза и бледное лицо лучше любых признаний рассказывают о том, как «хорошо» сейчас в королевстве.
Пока меня не размазало по плинтусу от чужих эмоций, решаю сразу перейти к главному:
— Зачем вы приехали?
— Вы не догадываетесь? — Красивые пухлые губы изгибаются в горькой улыбке.
— Не умею читать мысли. Я гинеколог, а не психотерапевт. Впрочем, они тоже не умеют.
— А вы умны. Очень. Марк всегда любил умных женщин. Его друзья предпочитают молодых. Желательно непорченых, таких, что будут радоваться любой подачке и раздвигать ноги по первому требованию. А он выбирает умных.
— Он выбрал вас. И именно с вами планировал завести ребенка.
Раньше я жалела ее.
Кошмарное положение, однако с сочувствием к этой женщине у меня беда. Его нет. А после ужаса, который я, Глеб и Лена пережили недавно, наверное, уже и не появится.
— Марк не хотел никаких детей. Ему нужен был только брак. Удобный, без лишних чувств и с четкими обязательствами.
Шаталова на миг замолкает. Смотрит на забытый Глебом учебник. Лишь потом продолжает:
— Когда мы решили пожениться, Марк сразу предупредил, что не сможет подарить мне ребенка.
