Заминовская решает сменить обстановку и прервать серию невзгод на работе. Ее предчувствие неожиданно ведет к дружественной, почти родственной атмосфере парковки — где она может отвлечься и расслабиться перед новой страницей жизни.
Не заболел часом?
— Я нет. А у тебя все шансы.
— Ничего себе! Ты же всегда был первым, кто делится. Самым щедрым. Скольких твоих баб я перетрахал до тебя?! — Блондин снова поворачивается ко мне и мажет взглядом по лицу. — Или принцесска слишком дикая? Так я ласково ее... Еще мурлыкать будет.
— Эта... как ты говоришь, принцесска может и скальпелем «мурлыкнуть». — Шаталов вроде бы шутит, но на лице не улыбка, а оскал.
— Не понял... Каким скальпелем? — Беззаботная маска слетает с лица гостя в мгновение ока.
— Здесь лежит. На верхней полочке. — Марк ленивым кивком указывает на шкаф. Тот самый, где стоит коробка с лекарствами. — Так и быть, я подам. А дальше она сама справится. Девочка очень способная. Видел бы ты ее конспекты по хирургии!
— Вы тут чокнулись оба?!
Скорость, с которой блондин застегивает ширинку, достойна медали. Подозреваю, не каждый пожарный сумел бы одеться так быстро.
— Немножко, — с нервным смешком отвечаю я за нас двоих. И с трудом сдерживаюсь, чтобы не рвануть к Шаталову.
От облегчения меня всю ломает. Руки болят — так хочется обнять Марка. А с губами совсем беда. Кажется, если не поцелую сейчас этого собственника, сойду с ума.
— Шаталов, ты вообще понимаешь, от чего отказываешься? — Блондин трясет головой, будто не веря, что это правда. К счастью, моя персона его больше не интересует. — Хочешь, я Лене позвоню? Или Свете. Они быстро приведут тебя в порядок.
Словно и вправду собрался звонить, он достает из кармана телефон, но Марк обрубает еще жестче:
— Мне напомнить, где дверь? Или тебя надо проводить?
Он не встает.
— То есть ты это всерьез...
От вида круглых глаз блондина я готова хлопать в ладоши. Наш последний секс плавно съезжает с первого места пьедестала. А эти новые ощущения взлетают на самый пик.
— Да.
В голосе Марка нет ни радости, ни восторга, но мне так хорошо, что больше не мучаю себя никакими вопросами.
— Вы не немножко, а на всю голову! — Махнув на нас рукой, Хаванский прямой наводкой направляется к выходу. Притормаживает лишь у порога.
Пока наш гость готовится к прощальной речи, мы с Марком его опережаем. Хором.
— Дверь за собой закрой!
Любимая фраза Шаталова. А теперь и моя.
Никогда бы не подумала, что вот так посылать кого-то настолько приятно.
