В полуденный час, часов в половине девятого под окнами музыкального заведения слышится скрип башмачков по паркетному полу. Ольга Вечная стоит возле стойки и смотрит на своего знакомого чинара — молодого человека, обычно не обращается к ней за помощью, но сейчас она вынуждена отдать ему своё время. Он держится уверенно, глаза заспанные от беззаботного отдыха, хотя сам знает, что сегодня он обязан прийти и принести важную новость или объяснение....
Сложно было не набить им всем морды за «греческую шлюху» и варианты, как можно к ней подкатить с целью отжарить, если мажор окончательно отвалится. Он ее представил родным и друзьям как девку для досуга, которая «дала» без штампа. И не ему первому. Потом этот придурок метался, как стрелка осциллографа, придумывая, как бы так и на шлюхе жениться, и достоинство при этом сохранить. Сам себе яму вырыл, сам в нее и е*нулся.
О Ладе говорили много и часто, меня это беспокоило.
Ей явно угрожала опасность, интуиция подсказывала, что девица в беде.
Призналась в тот вечер, как тяжело ей справляться. Кольнуло снова, на этот раз оголенной искренностью.
Боже, просто попроси меня. Просто скажи, что я тебе нужен. Все ведь сделаю.
Может, стоило поговорить с ней по-человечески, но у меня не получилось. Решил прислать ягод, побаловать.
"Все гадал, неужели ей такая жизнь нравится? Неужели она настолько сильные чувства к нему испытывает? Пустила его домой ночью. Пьяного. Уже женатого на другой. Меня бы никогда не пустила. А его — запросто.
Не нравлюсь ей. Бывает. Надо принять как данность, что никогда не понравлюсь.
Снова разозлился на нее. Или даже разочаровался.
А потом она сама ко мне пришла и попросила о помощи. Внезапно ночью! Не к кому-то, а именно ко мне. Вырваться захотела из всей этой грязи, куда ее затащил мажор.
Пришла ко мне как к чудовищу, из двух зол выбрала меньшее. Так рыдала, что трахаться со мной придется. Печально было все это наблюдать. Гоблин ведь, на что рассчитывал?
Но то, что решила начать новую жизнь без греков, — отозвалось внутри одобрением и уважением.
Сначала хотел помочь безвозмездно, уж сильно ей страшно было. Как-то стремно пользоваться. А потом… внезапно решился взять то, что предложила.
Сама ведь пришла. Продалась. Почему нет-то? Добровольно со мной никогда не будет.
Но потерпит.
Увидел в спортзале, и крыша окончательно от ее доступности съехала. В тот самый момент, когда Лада подошла и руку на грудь положила. Я просто отпустил себя и сделал то, чего так сильно жаждал все эти годы.
Взял ее. Покорную.
Понравилось очень. Совесть даже заткнулась ненадолго, голову потерял. Только и думал, что рядом она.
Рядом. Рядом. Рядом.
Спит в соседней комнате, потом в машине. В гостинице.
