В полуденный час, часов в половине девятого под окнами музыкального заведения слышится скрип башмачков по паркетному полу. Ольга Вечная стоит возле стойки и смотрит на своего знакомого чинара — молодого человека, обычно не обращается к ней за помощью, но сейчас она вынуждена отдать ему своё время. Он держится уверенно, глаза заспанные от беззаботного отдыха, хотя сам знает, что сегодня он обязан прийти и принести важную новость или объяснение....
Мы не виделись три недели! Никто из окружающих даже не подозревает, что он так долго не касался меня. Кирилл тоже делает пару шагов навстречу. Берет меня за руку, тянется и целует в щеку.
Уверена, он хотел лишь поприветствовать, а сам оторваться не может. Целует еще раз, еще. Губами прижимается. Судорожно, нервно. Съест сейчас будто бы. Потом в губы. Хороший мой, единственный. Словно и не было всех этих ссор, разлуки, взаимных обид. Время останавливается.
Целует быстро, конечно, мы шоу не устраиваем. Я глаза закрываю.
— Поехали домой? — говорит он мне на ухо. Обнимает за талию.
Его дыхание обжигает кожу. Я зажмуриваюсь.
В этот момент кого-то начинают поздравлять с днем рождения, официанты устраивают настоящее шоу, поют, танцуют. Мы возвращаемся к реальности.
Кирилл оглядывается, потом ведет меня к выходу. В тамбуре, где потише, я останавливаю его, а то мы уже в паре метров от гардероба.
— Я только пришла, у меня… стульчик забронирован, — лепечу."
"Он смотрит на меня, снова хмурится. Тянется к своему подбородку, задумчиво потирает его. Я впиваюсь глазами в его пальцы.
Хочу сосать их прямо сейчас. Я могла бы заниматься этим всю ночь.
— Как ты себя чувствуешь? — спрашиваю. Здесь освещение получше, я отмечаю, что Кирилл не бледен. Мне кажется, его лицо слегка осунулось, синяки под глазами. Но и у меня сейчас такие же.
— Я в порядке, а вот ты — похудела, — окидывает меня взглядом.
— Тебе кажется. Я поправилась. Заедала сексуальное неудовлетворение мороженым.
Его глаза слегка расширяются.
— Я тебя знаю до миллиметра. И тебя меньше, чем раньше.
— Не твое дело, — говорю пафосно. — Мое здоровье касается только меня. Захочу, вообще есть перестану. Курить начну, бухать каждый день, таблетками закидываться.
— Прекрати нести чушь, — он берет меня за запястье.
— Сам прекрати! — вырываюсь.
Девушка-администратор поспешно поднимается на ноги и покидает тамбур, оставляя нас наедине.
— Извини, я… приехал не для того, чтобы ссориться, — произносит примирительно.
— Это ты попросил Ивана Дмитриевича пригласить меня лично? Я удивилась его звонку.
— Хотел посмотреть на тебя. Спасибо, что приехала.
