В свете подъезда она видит свою яркую тень — копию себя, вырванную из реальности. Ненависть разъедает её изнутри, стыд пожирает. Но нет пути назад — впереди ожидает суровая правда. Смерть может спасти от унижения, но она борется за последний шанс восстановить свое достоинство....
— У нас только завтра занятие!
На это мне достался насмешливый взгляд и новый вопрос:
— Какие последствия это имело для всего рода обвиняемого?
— Я не буду отвечать! — вспылила окончательно.
— Как хочешь, — равнодушно пожал плечами некромант, возвращая тетрадь на стол и, казалось, полностью теряя интерес к этой теме. Но не ко мне. — Так что там с твоей тьмой?
И так мне захотелось в этот момент вцепиться в его горло, что, кажется, это отразилось в моих глазах, на что магистр Ламбертс лишь насмешливо дернул бровью, будто намеренно подзуживая, и вкрадчиво спросил:
— Бешу?
— Бесиш-шь, — прошипела, соглашаясь с очевидным и едва не теряя остатки благоразумия.
— Здорово, правда? — ухмыльнулся некромант во весь рот, заставляя подозревать себя в душевном расстройстве, и вдруг низко наклонился над столом, едва не касаясь своим носом моего. — Здорово, чувствовать? Жить? Правда?
Резко отшатнулась от мужчины, ощутив, как разум топит неконтролируемой паникой. Он знает! Знает!!
Но вместо того, что бы добить, магистр медленно выпрямился, а на его губах играла таинственная и откровенно пугающая, но в то же время непостижимо завораживающая усмешка.
— Не засиживайся допоздна, чудовище. Завтра у тебя не будет ни шанса на уход от моих вопросов без последствий.
Мужчина ушел, а я ещё минут десять сидела в откровенном ступоре, не понимая, что это такое сейчас было.
Я боюсь его! Правда боюсь!
Я всего лишь маленькая и почти безобидная сущь! А он…
Прикусив губу до крови, непроизвольно слизнула выступившую капельку и она — то меня и отрезвила.
Не знает. Не знает главного! Иначе бы убил, не раздумывая.
Инквизиция иначе не поступает.
И всё же…
Неужели месть придется отложить? Обидно. Но если продолжу, он снова получит в свои руки улики. Крохи, остатки, намеки… Но всё равно улики против меня.
Нет. Нельзя рисковать.
А что, если… отвлечь? Но чем? Или… кем?
Женить!
Мысль, только что пришедшая в мою гениальную голову, была безумна настолько, что могла и впрямь выгореть. Женить! Женить этого мерзавца и тогда ему точно станет не до преподавания и расследования! Женить на такой женщине, которая займет всё его время и мысли!
Но где взять такую?
Снова прикусила губу, морщась. Α ведь я не знаю его предпочтений.
