В свете подъезда она видит свою яркую тень — копию себя, вырванную из реальности. Ненависть разъедает её изнутри, стыд пожирает. Но нет пути назад — впереди ожидает суровая правда. Смерть может спасти от унижения, но она борется за последний шанс восстановить свое достоинство....
У меня не имелось глаз на затылке, но слух был отменный, и я расслышала где-то недоуменные, а где-то и злорадные шепотки. Кто-то даже предположил, что парни добились своего (это чего, интересно?) и с этого дня я в их понимании «отработанный материал».
Определение мне дико не понравилось, сплетников я запомнила, но отвлекаться от лекции не стала и с интересом выслушала тему по смешению потоков для создания универсального щита, способного выдержать, как магический, так и физический удар.
Пообещав нам практическое занятие уже на следующей неделе, магистр немного ностальгически окунулся в воспоминания бурной молодости, когда служил на границе с государством оборотней и ловил контрабандистов, а там и звонок прозвенел.
Я ещё собирала вещи в сумку, когда рядом с моей партой остановились они — королевы нашего курса. Не усвоившие урок и даже не подозревающие, что все их проблемы в них самих (ну и от меня немного), с загипсованными руками (у Оларии правое предплечье, у Фионы левая целиком), они всё равно пытались глядеть на меня свысока и с претензией.
— Так, червь, — процедила через губу брюнетка, — тетрадь с лекцией по магическому уголовному праву на стол. Я её забираю.
Выгнув бровь, посмотрела на неё, как на блаженную. Мне и говорить ничего не пришлось, а Фиона уже сорвалась на вопль:
— Тетрадь, дрянь! Живо!
— Что происходит?
Ни она, ни я не ожидали после того показательного игнорирования, что все двенадцать инквизиторов соберутся вокруг нас и Джулиан вмешается в эту милую девичью размолвку с самым решительным выражением лица.
— О, Джул, — моментально сменила тон графиня Эмберли и стрельнула в него глазками, явно флиртуя, — ничего такого. Забыла свою тетрадь с лекцией магистра Ламбертса, а че… Эмилия очень хочет отдать мне свою.
— Чушь, — скривила губы, бесстрашно обличая Фиону во лжи. ― Не хочу и не дам. Α теперь расступитесь, вы мешаете мне пройти.
— Ты… — снова зашипела змеей брюнетка, но рядом с будущим герцогом срываться на оскорбления не стала.
Я сама ограничились лишь скептичным взглядом, что не понравилось ни ей, ни менее сдержанной на язык Οларии и рыжая ядовито процедила:
— Смотрю, урок крысе на пользу не пошел… Что ж, повторим.
