Автор
В череде ожогов и утраты Вика, мир вокруг кажется кошмарным мультипликатором боли и одиночества. Виктория — светлый луч в серой жизни, а теперь она погибла, словно тень на моей душе. Теперь я — зеркало своей собственной вины, осознав, что упустил шанс спасти ее жизнь. Я ощущаю себя брошенным и ненужным, как бездыханный дух, словно погребенный под мраком....
Непобедимым, мать вашу!
— Ну и какой тебе толк от моего закрытого клуба? — выплёвывает с недовольством.
— А тебе? — парирую я. — Как владелец этой земли я не позволю твоему клубу работать, пока ты не поможешь мне.
И это, блядь, окончательное решение!
Хватит! Я пытался просить мирным путём, но меня никто не услышал!
— Чего ты хочешь, Ян? — Кир приближается вплотную. Поигрывая желваками на скулах, сжимает челюсти.
— Всё то же, что и в прошлые наши встречи, — отвечаю с деланым спокойствием. — Мне нужна Вика.
— Так забирай её! — восклицает Соболев.
— Я с превеликим удовольствием сделал бы это ещё вчера, — теперь уже и я гневно сжимаю челюсти. — Но, блядь, не могу, потому что Вика не хочет, чтобы ты, друг мой, пострадал от рук её папашки. Потому что её убогий муж, как только она помашет ему ручкой, сразу явится к Соколову-старшему с удивительной историей о воскрешении его дочери из царства мёртвых. И, конечно, о таинственной «фее-крёстной», которая помогала ей и на этапе побега, и потом, после возращения.
Кирилл не улыбается, слушая эту «весёленькую» сказочку. Его взгляд полон недоумения.
— Зачем Куприн будет сливать эту информацию?"
"— Всё просто, Кир, — я тяжело вздыхаю. — Убогий муж, который не знает, как удержать рядом с собой красавицу-жену. И готов пойти на всё, что угодно, ради этого. Ради красивых женщин мужчины часто совершают самые невероятные вещи. Одни становятся героями. Другие — злодеями. Вот только пока я не вижу хэппи-энда у нашей сказки.
Я поправляю его галстук, расправляю полы его пиджака. И, глядя в холодные серые глаза, говорю негромко:
– И злая колдунья — это не я, Кир! Ты же знаешь, что папашка Вики намного хуже меня… Да и всех нас, вместе взятых. Несмотря на наши деньги, связи и власть, Соколов-старший может раздавить нас одним мизинцем, — криво ухмыльнувшись, исправляюсь: — Точнее, вас! Ведь мы с Викой уже уедем.
Похлопав друга по плечу, разворачиваюсь и иду к своей тачке. Сажусь за руль, опускаю стекло:
— Поговори с друзьями. Я жду от вас решения этим вечером.
После чего сразу уезжаю. И так уже потратил уйму времени. Почти всю ночь занимался поиском информации об отце семейства Соколовых. Ранним утром решал вопрос с клубом Соболева.
