Автор
В череде ожогов и утраты Вика, мир вокруг кажется кошмарным мультипликатором боли и одиночества. Виктория — светлый луч в серой жизни, а теперь она погибла, словно тень на моей душе. Теперь я — зеркало своей собственной вины, осознав, что упустил шанс спасти ее жизнь. Я ощущаю себя брошенным и ненужным, как бездыханный дух, словно погребенный под мраком....
Сегодня они вновь зелёные…
— Вик… зачем этот маскарад? И почему ты выглядишь так, словно к тебе не может заглянуть старый друг? Кто вообще будет болтать об этом? Неужели хирург такой псих и следит за каждым твоим шагом?
— Он собирается пойти к моему отцу, если я рискну уйти от него, — отвечает она бесцветно. — Да, Ян. Он псих.
Пожалуй, не псих, а просто расчётливый и беспринципный подонок. Ничего удивительного в этом нет. А вот её глаза…
— Хорошо… Возможно, мне не стоило приходить к тебе так открыто, — тяжело вздохнув, упираюсь в её лоб своим.
— Руслан мне их подарил, — отвечает она со вздохом. — Сказал, что этот цвет больше подходит моему лицу.
— А ты как считаешь?
На её губах появляется вымученная улыбка.
— А я считаю, что они отвратительные.
В моей голове тут же происходит переосмысление ситуации. Когда мы с Куприным встретились в ресторане, он знал, кто я такой. Наверняка понял, что я ищу Вику. И хоть у неё теперь было другое лицо, но глаза — слишком запоминающиеся — оставались прежними.
Вот только почему она их всё-таки носит?
— А ты выполняешь все желания мужа? — мой голос начинает звенеть от напряжения. — Даже те, которые не по душе?"
"Немного отстранившись, сжимаю хрупкие плечи девушки. Вика выглядит так, словно этот вроде бы простой вопрос загнал её в ловушку. И молчит, тем самым позволяя моей фантазии разгуляться.
— Вик… — из горла вырывается судорожный хрип, и я прокашливаюсь. — Почему ты носишь эти линзы, если считаешь их ужасными?
Она продолжает молчать. В её глазах я чётко вижу панику.
Пазл складывается, и картинка вдруг становится совершенно чёткой.
Вика плакала в ресторане, когда я увидел её впервые. И в последующие наши встречи всегда выглядела потерянной и глубоко несчастной. Сломанной. Пугливой. Такой моя любимая никогда не была. Похоже, сначала её немного потрепало жизнью, а потом добавил ублюдок муж.
— Он… — сглатываю колючий ком в горле. — Он обижает тебя?
Она качает головой. Но делает это слишком поспешно. Слишком отчаянно.
Твою ж мать…
— ТВОЮ МАТЬ!
Со всей дури вмазываю по двери совсем рядом с головой девушки. Звук от удара эхом проносится по кабинету. Вика вздрагивает, но тут же цепко хватается за моё запястье.
— Ян… Нет! — нервно облизывает губы.
