Автор
В череде ожогов и утраты Вика, мир вокруг кажется кошмарным мультипликатором боли и одиночества. Виктория — светлый луч в серой жизни, а теперь она погибла, словно тень на моей душе. Теперь я — зеркало своей собственной вины, осознав, что упустил шанс спасти ее жизнь. Я ощущаю себя брошенным и ненужным, как бездыханный дух, словно погребенный под мраком....
Это же кощунство — портить его столовым прибором!
— Вик, не делай глупостей, — Руслан успокаивающе поднимает руки перед собой. — Прошу, отдай мне вилку.
Я прижимаю зубья к щеке с удвоенной силой. Чувствую, как они впиваются в кожу. Сжимаю зубы, превозмогая боль.
— Вик…
— Пошёл вон! — выплёвываю, давясь собственным ядом.
— Вика!
— ВОН!!
Руслан нехотя пятится к двери, всё так же держа руки перед собой. Я надавливаю на вилку, и по моим щекам начинают бежать слёзы от боли и кровь… В глазах мужа застывает ужас, когда он вылетает за дверь.
Убираю вилку от лица. Провожу ладонью по щеке, размазывая кровь и слёзы.
Ненавижу…
Две недели! Сегодня я узнала, что провела в этой темнице грёбаные две недели. Моё состояние близко к сумасшествию!"
"Две недели назад я открыла глаза и содрогнулась от суровой реальности. Передо мной был Руслан. Мои руки были связаны и крепко прикреплены верёвкой к изголовью кровати. Не той кровати, которая стояла в нашей спальне… Потому что мы находились не в нашем доме.
В голове вихрем пронеслись ужасающие мысли. Видимое спокойствие мужа испугало ещё больше, и моё тело задрожало.
Дёрнув руками, попыталась избавиться от верёвки, но она слишком туго стягивала мои запястья.
— Руслан! — взмолилась я, с отчаянием посмотрев на его непроницаемое лицо. — Прошу… отпусти меня!
— Куда? — выплюнул он. — К твоему любовнику?
— Я…
Хотела возразить, попытаться обмануть мужа, всё отрицать, но он перебил меня, прошипев:
— Закрой рот, Вик.
— Руслан! — я потянулась к нему, насколько хватало верёвки, сложив ладони вместе. — Пожалуйста, отпусти меня… Мне больно.
— А ты не рыпайся, и больно не будет, — расплылся он в ядовитом оскале и проверил верёвку, с силой дёрнув её. — Нужно выждать, чтобы мы смогли спокойно покинуть город.
— Я никуда с тобой не поеду, — задыхаясь от бессилия, прошептала я пересохшими губами. — Посмотри на себя! Что ты делаешь? Привёз непонятно куда! Связал! Тебе нужно остановиться! Ты не в себе…
О последней фразе тут же пожалела, потому что острый взгляд Руслан полоснул по мне, словно бритва.
— Мои действия продиктованы лишь любовью к тебе, — в его голосе не было и намёка на нежность.
