Автор
В череде ожогов и утраты Вика, мир вокруг кажется кошмарным мультипликатором боли и одиночества. Виктория — светлый луч в серой жизни, а теперь она погибла, словно тень на моей душе. Теперь я — зеркало своей собственной вины, осознав, что упустил шанс спасти ее жизнь. Я ощущаю себя брошенным и ненужным, как бездыханный дух, словно погребенный под мраком....
Я имею право знать! А она должна знать, что я жив! Ни её брат, ни Соболев с Алиевым не имеют права решать за нас!
Только нам самим решать, с кем мы хотим быть. Кого любить. С кем спать.
У них-то ведь есть этот чёртов выбор!
Стиснув челюсти, гоню под два красных. В зеркале заднего вида вижу, как пешеходы грозят кулаками мне вслед, наверняка осыпая проклятьями. Плевать! Я боюсь упустить Соболева и не имею желания потом гоняться за ним по всему городу.
Минут через десять прибываю на место и тут же вижу его мерседес.
Он с недовольством сжимает губы, запихивает руки в карманы брюк и неторопливо идёт в мою сторону.
— Ян?
— Да, это я, — ухмыляюсь.
— Уже соскучился? — бросает Кирилл, направляясь к водительской двери, но я преграждаю ему путь.
Блядь, ни хрена он не сбежит!
— Скажи мне имя своего парикмахера, — говорю с усмешкой. — Это просто фантастика! Ты выглядишь так, словно тебя и не стригли.
Обернувшись, Кирилл бросает взгляд на дверь салона. Она наполовину стеклянная, и я замечаю за ней какое-то движение. Словно кто-то отпрянул от стекла, не желая быть замеченным.
— Я был здесь по делу, — наконец отвечает Кир. — И чертовски тороплюсь.
Перевожу на него взгляд и закатываю глаза.
— Только не говори мне, что теперь тебе интересны не стриптиз-бары, а какие-то убогие цирюльни. Это же не твой уровень, Кир…
— Зачем ты пришёл? — перебивает меня Соболев.
— Я хочу знать, почему Вика скрывается от родителей.
— Зачем? — делает вид, что не понимает.
— Затем, что это странно, — начинаю показательно загибать пальцы. — Затем, что это невозможно, учитывая влиятельность Соколова-старшего. Затем, что единственная возможность скрыть своё пребывание в городе — это отсиживаться в какой-нибудь пещере… Стоп!
И тут меня осеняет.
— Ты её прятал, да? — тычу пальцем ему в грудь. — Пока я гонялся за Игнатом и Лизой, думая, что Вика с ними, ЕЁ ПРЯТАЛ ТЫ! В своём доме! Твою мать!
Твою же мать…
Теперь мне и без его слов понятно, что это так. И его хмурое молчание отвечает на все мои вопросы.
