А про себя только об одном и думаю: ужин с Себом… о господи!..
Иногда наоборот: я психую из-за того, что он мне вдруг разонравится. Но вот наконец мы сидим за столом, в золотистом сиянии ламп, и я не могу отвести от Себа глаз. Он тоже неотрывно смотрит на меня. И то, о чем мы оба думаем, настолько очевидно, что я сама удивляюсь своим сомнениям. Мы заказали лигвини с морепродуктами, поболтали о вине и погоде, но это лишь фон для безмолвной, куда более глубокой возникшей между нами связи.
Приносят вино, и Себ становится общительнее.
– Расскажи о себе, – просит он, когда удаляется официант. – Расскажи про Фикси.
Он поднимает бокал, я чокаюсь с ним и отпиваю глоток. Вино изысканное, терпкое, и сразу кажется, словно я уже выпила достаточно.
– А что ты хочешь знать? – смеюсь я, а про себя перебираю то, что обычно готова открыть из своей жизни.
– Все, – с ударением произносит Себ. – Абсолютно. Для начала очевидно, что ты олимпийская чемпионка по фигурному катанию. Семья тобой наверняка гордится.
Понимаю: он не нарочно. И все-таки он бьет прямо по болевой. Фигурное катание – это не то, чем я готова делиться.
– Вроде того, – и я коротко улыбаюсь. Кажется, получилось неубедительно.
– Вроде, – медленно повторяет Себ.
– А давай о тебе поговорим, – перехожу я в наступление. Себ озадачен: понял, что я увиливаю. Он с задумчивым видом потягивает вино.
– Идея, – говорит он наконец. – А давай по-честному. Выложим друг другу весь багаж.
– Багаж? – тупо повторяю я.
– Ты знаешь, о чем я.
– Он смотрит на меня в упор. – То, что у тебя на сердце, то, из чего ты состоишь как личность, о чем думаешь по ночам. И хорошее, и плохое. Между нами.
– Ты об этом! – Я смеюсь. А то я испугалась, что надо душу обнажать. Вдруг ему моя душа не понравится! Подумает еще: фу, не ожидал такого.
– Да. Именно о таком багаже. – Себ ставит локти на стол, и на лице его знакомое выражение неподдельного интереса. – Кто такая Фикси Фарр? Расскажи.
Я набираю в грудь побольше воздуха – и рассказываю.
Прерываясь, чтобы проглотить лингвини, выкладываю все о папе. О Фаррах. О маме. О том, как рухнула моя компания по кейтерингу, и как я до сих пор не расплатилась с мамой, и какой бездарью с тех пор себя чувствую. Немного об отношениях с Джейком (не все; не о том, как я упала на катке, – не хочу омрачать этот вечер. И о воронах не заикаюсь. Есть разница между «говорить честно» и «выболтать слишком много»).
О Райане тоже рассказываю.
