Переводчица языкового управления Сейли Эринс столкнулась с провалом в карьере — единственным значительным сбоями после долгих лет безукоризненной работы. Теперь она — единственный человек, который не выполнил свой задание. Капитан Эринс бесила своей непогрешимостью и неуловимостью, а ее опасность была так велика, что вызывала уважение даже среди тех, кто обычно её ненавидел....
Жестокость – да, – кратко ответил Адзауро."
"Впереди, пока еще только на горизонте, показался огромный сверкающий дворец, издали напоминающий распустившуюся лилию и ослепляющий своей неестественной белизной. Я едва ли взглянула на него, вновь уставившись на яторийца. Откровенно говоря, я не понимала, какого дерсенга тут происходит? Нет, ну, в общем, догадывалась – меня нарядили так, чтобы максимально изуродовать, в то время как сам Акихиро был похож на яторийского бога, спустившегося с небес. И что-то мне подсказывало, что шлюхи местного публичного дома тоже предстанут перед нами во всей своей красе.
– Вы больные? – не удержалась от высказывания сделанного вывода вслух.
– Тебе разрешено плакать, – лишь подтвердил мой вывод Адзауро.
– Совсем больные, – вздохнула я.
На этот раз он никак не прокомментировал мои слова, но неожиданно произнес:
– Я постараюсь сдержаться.
– Да не парься, – пожала плечами. – Мне абсолютно все равно, кому, как и каким образом ты будешь «оказывать знаки внимания». Главное, чтобы я была рядом, а в остальном развлекайся сколько душе угодно. Ты же только из Камуки, у тебя секса, дерсенг его ведает, сколько не было, так что я все понимаю.
И тут флайт остановился.
Просто завис в воздухе, как и Адзауро, невидящим взглядом уставившийся куда-то в пространство.
– Извини, – вдруг произнес он, – я правильно понимаю, что в случае моего секса с другой женщиной ты даже не отвернешься?
Несколько секунд я просто молча смотрела на него. Не выдержавший моего молчания Акихиро резко повернул голову и посмотрел мне в глаза жестким требовательным взглядом.
Ну, я и ответила:
– Естественно нет, я же твой единственный охранник на территории этого дома Лилий.
– Цветущих Лилий, – почему-то счел важным поправить он.
– А-а-а, ну это все меняет, – съязвила я.
– Есть. – Он все так же пристально смотрел на меня. И, как оказалось, имел на то причины, в смысле, имел очередной вопрос: – Я тебе нравлюсь?
Вопрос, что называется, в лоб.
– Нет, – абсолютно честно ответила я.
Пожала плечами и добавила:
– Да, собственно, и не должен.
Взгляд Акихиро потемнел. О, ну начинается, высокопоставленные мужики и их непомерное самомнение.
