Автор
В Я - твой муж, смирись!, вы встретите жену-разрушительницу, которая решительно перестала доверять своему неверному супругу. Гнев и непреклонность в голосе женщины заставляют сердце каждого читателя ускориться. Взаимная ярость и кризис доверия создают напряженную атмосферу, готовую обрушиться на любых двух противников в этот момент....
Я сделаю, как ты хочешь. Мы поедем, подадим заявление. Сколько тебе нужно? Неделя, месяц? Год? Я готов подождать. Я подожду чёрт-возьми столько сколько нужно.
– Я не знаю, Гордей.
Достал из сейфа её трудовую, сделал запись. Она сразу же спрятала её в сумочку."
"– Сегодня к вечеру придут все расчеты.
– Я два месяца как в отпуске за свой счет, какие расчёты? – распахнула удивлённый взгляд. Не отправлю же я её с пустыми карманами.
– Так положено при увольнении. – сомневается, нахмурилась. Лишь бы не придумала обратно мне всё возвращать.
– Хорошо. – слышу её одобрение и мы выходим из офиса, чтобы поехать туда, куда я не хотел бы попадать ни сегодня, ни завтра, никогда!
В машине села на заднее сиденье, как к чужому. Всё время смотрела грустно в окно, а я едва не свернул на повороте домой. Так хотелось увезти домой, запереть там и любить пока не передумает. Но с Ариной так нельзя. Я не хочу видеть её потухший взгляд, но он всё тускнеет по мере приближения к цели поездки.
– Приехали.
Ничего не ответив, она молча вышла из машины.
Наше заявление приняли, записав на явку через месяц. Вышли словно чужие, хотя так хотелось нагнать её, прижать, поцеловать, унять все тревоги. Но Арина теперь шарахается от меня как от прокаженного. Не хочет, чтобы я находился близко, всё время старается держать дистанцию.
Дам я ей время принять всё. Только пусть не надеется, что сможет уйти. Через месяц я заявлю, что она беременна и никакой суд нас не разведёт.
– Я хочу подвести тебя, зайчонок.
Она не реагирует, идёт вперед.
– Зайч…
– Не называй меня так, понял! Не смей!
Не знаю почему она теперь так яростно защищает свою позицию, не называть её так. Вспомнил наше противостояние до отношений, она всегда была против, а потом смирилась с этим. Получается, сейчас снова хочет вернуть себе независимость от меня в том числе и от моего ласкательного прозвища?
– Ариш, я подвезу, так будет быстрее и безопаснее. Обещаю, что не буду досаждать. Не буду заходить к тебе.
– Я поеду на такси.
– Упрямая! Ты носишь моего ребенка.
– Только из-за этого? Сейчас он не нуждается в тебе… – она остановилась. Прищурилась и осадила меня. – В тебе нуждается твой сын, Илья кажется, может ты всю свою заботу на него направишь?
– Арина… – сжал челюсти, чтобы не сказать то, о чем потом пожалею.
– Вот и я так думаю. – развернулась и ушла прочь.
Месяц. Потерпеть только месяц.
