Я убью тебя, милый — это тихий уголок советской драмы в современной оболочке: сердце застряло в стальном раскладном стуле, звуки магнитофонной музыки затрепыхались в воздухе. Взор Максима, как яичный белок в прозрачной шляпке клюквы, скользнул по моему лицу, а я напряглась, готовясь к худшему....
Я не боюсь соперницы, потому что Глеб мой и я не собираюсь уступать его. Я слишком дорогой ценой заплатила за собственное счастье, я не могу с кем-либо делиться своим счастьем… Нужно дождаться утра. После работы посплю пару часов и поеду к Глебу. Нет, лучше не спать. Нужно ехать сразу, иначе его не будет, он уедет в офис. Я заканчиваю работу в пять утра. Самое время для того, чтобы нанести визит Глебу. От моего бара до его квартиры ровно полчаса езды. Это значит, что около шести я буду у него…
Я постаралась отвлечься и отошла от телефона.
— Глебу звонила? — ехидно спросила она.
— Звонила.
— Ну и как?
— Все нормально. Сказал, что на днях мы пойдем в загс, — не менее ехидно ответила я.
— Как это в загс? Ты же еще со своим выродком деревенским не развелась? — поверила мне Каролина.
— Это тебя не касается! Я же не сую нос в твою личную жизнь. Если ты ждешь, что я потеряю Глеба, то хрен дождешься. У меня с ним прекрасные отношения. Я его кому-нибудь отдам только через свой труп. Не забывай, что я ужасно жадная, особенно на чувства.
— Да мне все равно! Я за тебя как подруга переживаю. Дураку понятно, что он тебе не пара. Он тебя все это время использовал!
— Когда используют, то не дарят такие дорогие юбки.
— Для него это копейки! Это для тебя такая юбка дорогая, а для него она ничего не стоит. Не забывай, что у вас разная финансовая планка. И потом, когда используют, могут и не такое подарить!
— Хватит, я не хочу обсуждать с тобой свою личную жизнь! Мне кажется, что в отношениях с мужчинами тебе далеко до меня. Если уж на то пошло, то все это время использовали тебя, а не меня.
— Может быть. Во всяком случае, я не строю никаких иллюзий по поводу своих отношений с мужчинами.
Неожиданно дверь распахнулась, и в гримерку вошел ведущий. Окинув нас придирчивым взглядом, он громко сказал:
— Каролина, твой выход. Дарья, приготовься.
Каролина встала, поправила шапочку, миролюбиво махнула мне рукой и ушла. Я посмотрела на новенькую. Она надела Тамаркин костюм и не без удовольствия крутилась перед зеркалом.
