В новом томе «Я уже граф» Сириус Дрейк продолжает рассказывать о смелых планах и рискованных действиях молодого графа. Глава 23 открывает новые перспективы для главного героя, в то время как Глава 18 показывает тщательно спланированное противостояние, придавая повествованию острую нотку напряженности и предвкушения....
Все же с присутствием Саши в воздухе витала капелька безумия. Как будто в любой момент может произойти все, что угодно.
Наконец мы вошли в большой кабинет. Вдоль стен стеллажи с книгами, у окна массивный деревянный стол, чуть впереди два кожаных дивана у стен, на которых сидели отец и мать Антона. А также незнакомый мне мужчина.
Гладко выбритый, в толстых роговых очках. Волосы зачесаны назад и приглажены лаком. Он был меньше по комплекции, чем Сергей Александрович, но от него просто несло силой и мощью, но не той, к которой мы привыкли среди всех этих Кутузовых и Нахимовых.
— Михаил, рад, что вы приняли мое приглашение! — встал Сергей Александрович и протянул руку.
На месте второй я заметил черную перчатку.
Есенин подвел меня к диванам:
— Ну, мою жену ты уже знаешь, — сказал он и перевел к мужчине. — А это мой старинный друг и лучший лекарь в мире! Князь Михаил Павлович Чехов!
Я тут же скромно поклонился:
— Добрый день, ваше высочество.
Сзади иронично крякнул Антон.
— А мне говорили, что вы тот еще бунтарь, — мягким голосом сказал князь Чехов. — Сережа, он вон какой культурный.
— Хех, — улыбнулся Есенин. — Хитер! — И только сейчас увидел ощипанного Валеру.
Есенин подошел поближе и молча протянул руку, на которую и взобрался Валера.
— Простите, король, но что с вами случилось? Выглядите паршиво, — без нотки юмора заметил Есенин.
— Все хорошо, я бы предпочел это не обсуждать, — по-деловому ответил голубь.
— Миша, — подошел Есенин к Чехову. — Я тебе рассказывал, помнишь?
— Да, — кивнул он и развел руками в стороны. — Здравствуйте, король. Если позволите, я осмотрю ваши раны.
Я едва смог подавить нервный смешок. Передо мной одни из сильнейших магов в мире. И они расшаркиваются перед голубем Валерой? Что же ты за зверь такой, дружище?
Голубь не сопротивлялся, когда Чехов нежно взял его в ладони, и только нахохлился.
— Ого! — он с удивлением посмотрел на своего друга.
— А я говорил, — растянулся в улыбке Есенин-старший. — Он товарищ Михаила.
Тут уже меня одарили удивленным взглядом.
— Интересные у вас друзья, молодой человек!
Чехов покрепче перехватил Валеру, и его ладони начали излучать мягкий свет. Через секунду он потух.
— Валерий… — начал Михаил Павлович.
— Просто Валера, — поправил пернатый.
