Автор
В окружении стремительно растущего города, где здания с каждым днем выравниваются в непрерывной череде высоток, Мирон чувствует себя как рыба в воде. Он не скрыт в своем любопытстве к машинам, которые появляются со всех сторон - от европейских до немецких. Каждый новый автомобиль — это открытие нового мира....
Теперь будет только так. Со мной. – Ты спросила Даша ли сказала о твоем прилете, я ответила, что нет.
— Отличная тактика, Мам, — начинает реветь это дурочка. – Ты просто не договорила мне правды. И когда вы спелись. Как вы вообще могли спеться!?
— Мирон пришел к нам неделю назад, рассказал о тебе и предложил попробовать помириться. Он считал, что ты к этому готова.
— А может быть я начну сама решать, когда я буду к этому готова? — орет она и разворачивается, убегает вниз по лестнице. Без пальто, а там уже во всю гремит.
Киваю Мите с Ольгой и бегу за Сашкой, хватая свою куртку и ее пальто. Она бежит быстро, в сторону парка, даже не замечая, как начался дождь. Как стремительно одежда намокает.
Ловлю ее возле дерева, прижимаю к нему спиной. Скрываю глупую от дождя и кутаю в пальто, затем в куртку, крепко обнимаю, пока она стучит зубами.
— Ты трус…
-Это верно. Не хотел писать тебе не подготовивши почву.
— Ненавижу тебя.
— А родные, они недостаточный повод все забыть и простить меня. Саш, прости меня, — втягиваю родной запах, задыхаюсь сладостью, не чувствую холода, только жар, только ее горячее дыхание на шее.
— Простила, Мирон. Давно простила. Просто я не уверена, что мне нужны отношения. И тем более секс.
— Я не прошу…
— Рассказывай это кому-нибудь другому, — поднимает она голову, смотрит огромными глазами снизу-вверх, облизывает влажные от дождя губы. Такие полные. Такие идеальные. С ней каждый поцелуй, как падение в бездну, с ней каждый вздох как целая жизнь.
— А еще я хотел сделать тебя счастливой. Не в квартире метр на метр, а в большой с видом на море. Я хотел подарить тебе целый мир, хотел, чтобы ты никогда ни в чем не нуждалась, чтобы у тебя больше не было нужды мне врать. Чтобы наш… — блять, че ж так больно. – Чтобы наш с тобой ребенок никогда не в чем не нуждался. Чтобы он родился. Чтобы никаких больше стрессов, только счастье. Только мы. Семья, Саш. Ты ведь моя семья.
— Идиот, — смеется она глухо, просто падает мне на грудь и начинает громко всхлипывать.
— Саш, я просто буду рядом. Хочешь, даже сексом не будем заниматься. Просто будем друзьями. Ну, как тогда. Начнем сначала. Хочешь?
Она кивает где-то в области груди и застывает. Не двигается, а я поднимаю голову к ветвям зеленного дерева и радуюсь каплям, что охлаждают разгоряченную кожу. Как же я боялся. Боялся, что она оттолкнет меня.
