В глубоком Подмосковье, за закрытыми ставнями поместья Кузнецовых, скрывается секретная история. Спортивный автомобиль с элегантным мотором проникает в охраняемую территорию, где шлагбаумы подчиняются даже самым легким сигналам. В это мирное укрытие приходит группировка, искавшаяся в киноиндустрии, но теперь готовая к серьезным сюжетам. Каждый дым рассказывает о новой волне тайных действий и загадочных встречах....
С другой стороны разъясняли зеленым новобранцам, как пользоваться холодным оружием.
— А это кто? Новенькие? — поинтересовался я у Пушкина.
— Ага. Все добровольцы. И это лишь малая часть, которую ты видишь, — объяснил Александр Сергеевич. — Как только сюда вторглись китайцы и уничтожили ближайший к границе город, многие жители Кореи решили взять в руки оружие и защищать родину. Сильно, смело, отважно. Правда, эти совсем зелень. Большинству нет и двадцати. Но мы их и не будем пихать в гущу. Там и так сейчас все отлично!
— Нахимов, я так понимаю, у восточного моря? — уточнил я.
— Верно понимаешь.
Пока мы болтали, Пушкин прошел в центр большой площадки, по дороге взял охапку копий и воткнул в землю.
— Готов?
— К чему?
— К уроку. Ты же хотел научиться масштабной защите?
— Я думал, вы объясните, как это все работает…
— Ах да, — хлопнул он себя по лбу и, сложив руки рупором, громко заорал на весь стадион: — А ну, все разошлись!
Судя по тому, как командиры моментально отвели солдат с поля и окрестностей, Пушкин не первый раз устраивал что-то подобное.
— Точно!
Правила оказались просты. По сути, это всего лишь игра без названия. Моя задача — оставить любой видимый след на его половине поля. А Пушкин попытается связать мне руки.
Мы разошлись по своим половинам.
— Атакуй всем, чем хочешь, — крикнул Пушкин. — Без ограничений!
— Давай откроем протокол? — появилась маленькая Лора в костюме чертенка и кольнула трезубцем мне в ухо.
— Никакого протокола! — взбунтовался я.
— Чего ты сказал? — крикнул Пушкин. — Повтори, я не расслышал. Протокол?
— Не! Я сказал, что местному садовнику понадобится валидол!
После чего атаковал простыми заклинаниями, изредка их комбинируя и нападая с разных сторон. Даже Болванчик мне помогал. В какой-то момент в дело захотел вмешаться и Посейдон.
Александр Сергеевич просто стоял на месте и ухмылялся. Все мои атаки разбивались о невидимую стену. Не было ярких вспышек, пассов или напряга со стороны Пушкина. Он даже сел на траву и стал чистить ногти.
— Не могу, — серьезно сказал Посейдон и разочарованно затек во фляжку.
— То есть как?
— Он закрылся защитным полем даже область под землей.
— Лора?
— А что Лора? Он прав. Все. Защита. Поле. И все такое.
И как он это делает?
— Да хрен его знает, — беспечно пожала плечами Лора. — Я сегодня ленивая
И как ни в чем не бывало, улеглась на траву."
"Краем глаза заметил, что наша тренировка с Пушкиным привлекла немало внимания.
