Автор
В душевном громе Оксаны Юрьевны заключается тайна — ребенок исчезает безвозвратно. Волнение и страх разливаются по комнате как река в ледниковый период, когда каждый шаг кажется последним перед бурей. Мать не может признаться себе, что уже настолько беспокоится за своего ребенка, чтобы сомневаться в его безопасности....
Похоже, «Я заберу у тебя ребенка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
В этот момент острый запах бензина касается обоняния, беспрерывно гудит клаксон, и этот звук вонзается в мозг, как острая игла. Меня обволакивают собой чужие объятия, и я пытаюсь посмотреть, кто и куда меня тащит, но сознание подсовывает привычные образы. Я с трудом соображаю, где я и что случилось, поэтому борюсь с этим человеком. Не хочу его рук на мне.
— Гена, отпусти! Отпусти!
— Да успокойся ты, шальная! — ругается над моей головой знакомый голос. — Сейчас тут всё рванет!"
"Наконец поднимаюсь на ноги и позволяю Бакаеву себя уволочь.
Он подтягивает свое мощное тело вверх, усаживаясь спиной к стволу, а меня подтаскивает к себе на колени, вынуждая распластаться на спине лицом к нему.
Выглядывает из-за дерева и командует мне:
— Закрой уши!
— Что?.. — бормочу, не понимая, и тогда он, выругавшись, накрывает меня своим телом, склонившись корпусом выше пояса и обняв мое тело руками.
— У вас кровь, — замечаю на лице Бакаева струйку, стекающую из раны. Правила оказания первой медицинской помощи проносятся в мыслях, но в то же время я знаю, что сейчас приедет скорая помощь и о нас позаботятся.
Поднимаю пальцы вверх и осторожно касаюсь его виска, он тут же резко дергается от меня, плотно сжав челюсти.
— Необязательно так реагировать, я не заразная, — глупо шучу, упрямо не убирая руку и обрисовывая пальцами контур лица Бакаева. Мне всегда казалось, что Лиза полностью скопировала мою внешность, но теперь четко вижу, что овал лица у нее от папы.
— Что ты вытворяешь? — злобно шипит Бакаев и перехватывает мою руку, напоминая в этот момент гадкого тролля. Но, в отличие от сказочного существа, этот мужчина очень красив. Щетина его не портит, а лишь придает мужественности. Нагло его рассматриваю, используя уникальный случай. Не думаю, что мне еще раз представится такая возможность.
