Автор
В душевном громе Оксаны Юрьевны заключается тайна — ребенок исчезает безвозвратно. Волнение и страх разливаются по комнате как река в ледниковый период, когда каждый шаг кажется последним перед бурей. Мать не может признаться себе, что уже настолько беспокоится за своего ребенка, чтобы сомневаться в его безопасности....
Похоже, «Я заберу у тебя ребенка» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Ты сможешь стать моей второй женой? Подумай хорошо, Оксана, потому что дороги назад не будет.
Глава 20
— Ох, я забыла купить игрушку Лизе… — спохватываюсь в самый последний момент, осознавая, что из-за всех свалившихся на меня проблем не подумала о главном. Для меня самый лучший подарок в мире сейчас— обнять своего ребенка, прижать к груди и почувствовать сладкий запах, который присущ только детям. Но маленькие девочки любят подарки и ждут, что родители, которые приехали из долгой поездки, привезут им новую игрушку.
А я ничего не купила, совсем не позаботилась об этом, хотя возможности были. Не нахожу себе никакого оправдания. Что я за мать? А еще… Даже боюсь подумать о том, как встречусь со второй моей малышкой. Я так долго заталкивала силой на самое дно любовь к своему ребенку, что сейчас от волнения перед нашей встречей больно дышать. Руки немеют и холодеют, беспокойно тереблю на шее тонкую золотую цепочку с крестиком.
Успокаивает только то, что моей малышке будет еще сложнее, ведь дети так ранимы, а взрослые гораздо сильнее духом.
— Держи, отдашь детям.
Перед моим носом неожиданно оказываются две большие розовые коробки. С удивлением рассматриваю кукол вместе с одежкой и туфлями, а потом перевожу взгляд на стоящего рядом с машиной Бакаева. Он сосредоточенно смотрит на большой дом из красного кирпича с конусной крышей, возвышающийся за каменным забором, с огромной территорией вокруг, которую даже не охватить взором.
— Спасибо, что подумал о подарках, у меня, честно говоря, из головы вылетело, — искренне благодарю Бакаева, получая в ответ холодный кивок. Оттепель прошла, отец моих детей снова заковал себя в ледяные оковы.
— Пошли, — коротко приказывает он, и я семеню за ним, идущим широким шагом по дорожке к дому.
Мечтами уношусь в вечернее время, рисую в воображении себя с девочками в обнимку.
