Автор
На кухне солнечный свет пробивается сквозь белое снежное покрывало, поднимая настроение даже самой пессимистичной даме. Снежка смяла очередной листок календаря и теперь помешивает горячую кашу в чайнике, а его нежный запах смешивается с остротой чёрного кофе, сделанным на двоих. Воздух наполнен приятным шепотом приготовления завтрака и легким дуновением снега сверкающего под лампой....
Меня знобит от нервов, пальцы не слушаются. Экран мобильного замерз и мне не сразу удается еще раз набрать номер Ромы. Бесполезно. Он не берет трубку.
Дохожу до его подъезда. Консьержка меня уже знает, пропускает без вопросов.
В животе закручиваются болезненные узлы, в горле комом стоит тошнота. За его дверью тихо, но он точно дома, иначе внизу меня бы предупредили.
Нажимаю на кнопку звонка и не могу снять с него палец. Меня будто заморозило.
– Да какого хрена?! – слышу его голос, несколько оборотов замка. – Снежка? – удивленный взгляд Ромки проходится по мне.
"Темные волосы взъерошены, карие глаза еще не до конца протрезвели. От него пахнет вчерашним перегаром, сигаретами и чем-то еще, сладким, похожим на женские духи.
– Ром, – говорю шепотом, голос ко мне пока так и не вернулся. – Нам надо поговорить.
– Сейчас? – скептически вскидывает бровь.
– Да. Иначе я не тащилась бы сюда из поселка.
– Хорошо, малыш, – обнимает за плечи, целует в дрожащие холодные губы, а меня воротит от его запаха. Отворачиваюсь. – Извини, перебрали вчера. Там бардак страшный. Подождешь? Я быстро оденусь, и мы погуляем. Расскажешь, что такого страшного у тебя случилось.
Быстро скользит губами по щеке, скрывается за дверью.
– Кто там? – слышу из его квартиры женский голос.
– Не твое дело, – рявкает Ромка. – Брысь в спальню и не высовывайся!
Минут через десять он возвращается в свободных спортивных штанах, кроссовках и кожаной куртке с меховым воротником.
– Ты не один? – наконец отмираю.
– С чего ты взяла? – гладит большим пальцем тыльную сторону ладони. – Холодная такая, – наклоняется и быстро целует за ушком. – Согреть бы тебя сейчас.
– Прекрати, – передергиваю плечами, выхожу первая из лифта. – Я не глухая, Ром. И не дура!
– Ччч, – на улице прижимает к себе. – Ну чего ты уже себе напридумывала?
У меня нет сил с ним спорить, ругаться или что-то доказывать.
– Я беременна, Ром, – сообщаю ему.
– От кого? – спрашивает совершенно ледяным тоном превращаясь из моего любимого теплого Ромки в совсем незнакомого человека.
– Ты сдурел?! – у меня все же прорезается голос, и я кричу на него, срываясь на хрип.
– Нет, малыш, я вполне серьезно.
