Автор
Я злодейка в дораме — книга, где фатальный миг убийства принцессы становится поворотной точкой в жизни главной героини. Вместе с Лю Ифэй она погружается в мир жестоких игр и дьявольских интриг, открывая для себя глубины своего сердца и всего существа.
Еще бы ущипнуть себя посильнее, чтоб слезу пустить, и вообще было бы идеально.
— Я тоже их слышал. Но не переживай. Тех, кто распускал их, вычислят и казнят, — с ледяным спокойствием отрезал император.
«Ничего себе у него крутой нрав!» Я запнулась, забыв о том, что хотела сказать дальше.
— Но ведь слухи не берутся на пустом месте… — Боже, что я несу?! — Я хотела сказать, что, должно быть, сама дала повод своим поведением подозревать меня в ужасных вещах. Я должна стать лучше.
— А-Лу. Ты так выросла, я горжусь тобой, — улыбнулся мне император Лю Шень. — Теперь, когда ты наконец повзрослела, я смогу доверить тебе помогать мне в управлении нашей страной наравне с твоей сестрой.
— Нет! Нет! — с ужасом воскликнула я. — Я хотела попросить разрешения уехать на обучение на какую-нибудь гору, чтобы самосовершенствоваться и стать лучше…
Если уж где я и могла спрятаться от сюжета, то только там.
— А-Лу, — нахмурился император, — да, наследной принцессой я назначил твою старшую сестру.
— Замуж? И за кого?!
Вот только замужества мне для полного счастья не хватало! За что мне все это?!
— У меня есть несколько кандидатов на роль твоего супруга.
«Генерал Хуа? Это вообще кто?» Я такого героя в дораме не помнила, может быть, он был одним из тех, кто обидел Вей Луна и поэтому быстро умер еще в первых сериях? Вей вообще на редкость мстительный.
Отец же, кажется, ждал какой-то моей реакции и, не дождавшись ее, был весьма озадачен.
— Видимо, ты действительно выросла, Цыплёнок. И понимаешь свой долг как принцессы. Можешь идти, Лю Луань.
«Лю Луань» было произнесено таким тоном, что сразу становилось ясно — разговор окончен, вердикт вынесен и обжалованию не подлежит.
«Это Генерал Хуа настолько плох? Я должна стенать и плакать? Но ведь вряд ли он страшнее Луна».
— Отец, — я вздохнула, понимая, что спорить с императором бесполезно, — у меня есть еще одна просьба. Не мог бы ты расследовать сегодняшнее падение балки? Ворота были новые, ты сам сказал.
