Солдаты в отряде делали вид, что ничего не произошло. Они исполняли приказ, даже на миг не задумываясь о своих действиях. Если Вей Лун сказал, что старуха — преступница, они ему безоговорочно верили. Ну, или делали вид.
— Как он мог? — негромко шепнула Мейлин, когда мы оказались за городом. — Госпожа, теперь мне еще больше страшно за вас. Зря вы сюда пришли…
На привал приказали остановиться раньше. Как только лагерь был разбит, Вей Лун велел устроить казнь. Мы с Мейлин остались в шатре, но по дораме я помнила, как это происходило.
В землю вбили столбы и привязали к ним старушку. А затем медленно и мучительно отрезали от нее части тела, начиная с пальцев рук и ног, ушей, носа… Ее крики раздавались невозможно долго, пока она не умерла от потери крови.
Вей Лун наблюдал казнь от начала до конца.
Когда все закончилось, я сидела в шатре в обнимку с Мейлин. Первым нас побеспокоил Гоушен.
— Эм… Цай Няо? Цай Няо? Принцесса!
— Ты служишь этому жестокому человеку! — вспылила Мейлин, вскакивая с кровати и бросаясь на Гоушена. — Ты точно такой же, как и он! Бессердечный!
— Эй! Хозяин хороший! Если он ее казнил, значит, она была преступницей. И точка! — горячо оправдывался Гоушен.
— Ты даже не попытался его остановить! — не унималась Мейлин.
— Принцесса, вообще-то, тоже! — не остался в долгу он. — Принцесса?
— Что он сейчас делает? — спросила я."
"Хотя не то чтобы мне было интересно, чем обычно занимаются злодеи после злодеяний.
— Заперся в своем шатре, выставил караул и приказал никого не впускать. Пахнет оттуда вином. Принцесса, то есть, Цай Няо, может, сходите и проверите его? Я очень беспокоюсь за хозяина. В меня он сапогом запустил, прогнал.
Я нахмурилась. Странно. В дораме Вей Лун из-за казни поругался с Ифей и сильно переживал из-за их разлада, корил себя. Выглядело так, что он раскаялся в своем поступке, благодаря влиянию принцессы. Вот только тут мы с ним не ругались. Да и вряд ли ругань со мной могла бы его чем-то расстроить.
«Не думай, что ты для меня что-то значишь… — сказал он мне на берегу реки, после побега, — Я генерал. Ты служанка. Попытаешься сбежать — я тебя убью»
Я полностью отстранилась. Никто больше не посмел перечить Вей Луну. Почему же тогда он ведет себя как в эпизоде? С чего ему переживать?
— Если он сказал никого не пускать к нему, — протянула я неуверенно, — как же я пройду?
— Я отвлеку солдат у шатра. А вы возьмите… — Гоушен махнул рукой на поднос с чаем, стоящий на небольшом столике. — Скажете ему, что чай принесли. В вас-то он сапогом не запустит.
Глава 34
Вей Лун сидел в полумраке своего шатра, в руке — кувшин с длинным изогнутым носиком, из которого удобно было вливать вино прямо в рот, не касаясь губами.