Я знаю, на что ты смотришь — это драматический рассказ о женщине, чей самоуважение рушится под ножем постоянных обманов и издевательств со стороны любимого человека. Страх и боль тихо но надрывно плещут в каждом слове, создавая плотный атмосферу напряжения и безысходности....
Не оставил девушку в беде, хоть и делаешь вид, что я тебе неприятна.
— Это правда!
— Но ты вмешался, вместо того, чтобы увидеть, как меня…
— Так сделал бы любой!
— Но кроме тебя никто даже не шелохнулся.
— Да потому что ты тут устроила какой-то цирк с правилами и условием неприкосновенности.
— О котором ты тоже знал.
— Что ты пытаешься этим сказать?
Во мне пышет пламя, и даже мокрая одежда и ветер не может остудить пыл."
"— Что ты другой, — Ева пронзает меня взглядом, приковывая к распятью. — Что ты не похож ни на кого из парней, которых я встречала.
Она мягко ступает по песку и останавливается так близко ко мне, что на каждом вдохе ее грудь касается моей.
— Ты смелый. Ответственный. Решительный, — шепчет она свое заклинание, кончиками пальцев поднимаясь по моим рукам, и касается шеи. — Сексуальный.
Ее дыхание ласкает подбородок, потом губы.
— Может быть, я ждала именно тебя все это время. Ты же чувствуешь, что между нами появилась связь. И я… — Ева замолкает, чтобы провести языком по нижней губе.
Слежу за каждым ее действием, ощущая, как возбуждение охватывает тело, как мое собственное дыхание становится глубже, как в руках растет сила, умоляя уже схватить то, что так открыто предлагают.
Ева делает полшага назад и забирается руками себе под юбку. Медленно. Распаляя и убивая точностью своих движений. Вижу как из-под края появляется тонкая кружевная ткань, звериный рык эхом отзывается внутри меня.
— Я хочу тебя, Максим. Только тебя. Как еще никого не хотела, — ее голос — песня, гимн члену, потому что он встает, как только слышит его.
Сбиваю ее, сокращая расстояние между нами за долю секунды. Перехватываю ее руки и сам сжимаю трусики. Одно резкое движение и их на ней уже не будет. Еще одно и я затяну ее в бунгало за моей спиной и трахну так, что нас услышат на дальнем берегу. Соблазнительно, но…
Поднимаю руки, скользя пальцами по нежной мягкой коже. Одеваю ее, глядя в распахнутые от удивления глаза.
— Если бы я хотел, то снял бы их сам. Ясно?
Ева хлопает ресницами и тяжело сглатывает, запрокинув голову. Тихо звучит музыка, разбиваются волны. Полумрак, в котором блестят прозрачные магические глаза.
— Ты хороша, Ева. Охуительно красива. Знаешь, как завести и вывести. Прекрасное тело, сладкий голос. Мастерица манипулирования.
